Антиблокада (СИ)

Вся финская армия находится в движении. Железнодорожные пути забиты воинскими эшелонами, но хлеб важнее. В первую очередь, для социал-демократического правительства Паасикиви.

- Господин Президент передает Вам привет и наилучшие пожелания Вашей супруге. Эшелон можно пустить через Виипури, Выборг по-вашему. Пограничной страже будут немедленно отданы приказания. Как только он пересечёт границу, мы сделаем важное правительственное сообщение об этом по радио.

- Лучше завтра в газетах, а не по радио. Немцы могут воспользоваться информацией о нём.

- Скорее всего, они узнают об этом немедленно, в стране слишком много людей с ними сотрудничающими."

"- Господин министр! Меня уполномочили согласовать с Вами вопрос о сроках прохода 1-го отдельного ударно-штурмового корпуса в Порккала-Удд. Корпус выводится из боёв под Кингисеппом, будет пополнен, и, через две недели будет готов для переброски сюда. По имеющейся у нас информации, фон Кюхлер начал стягивать к Таллину плавсредства. Больших резервов у него нет, но есть вероятность переброски в Таллин войск из Западной Европы. Наши тральщики работают круглосуточно, но немцы активизировали минные постановки в Финском заливе. Они обоснованно беспокоятся, что Балтийский флот может выдвинуться к Таллину, и решить судьбу 18 армии под Нарвой.

- Я думаю, господин полковник, что нам с этими вопросами требуется ехать в Президентский дворец. Я, конечно, попробую ещё раз поговорить с Карлом Густавом, но... - он опять снял трубку и стал повторять мои вопросы Президенту. В этот момент вошёл секретарь министра и положил на стол ему бумагу. Тот вцепился в неё глазами, но, продолжал говорить с Маннергеймом. Прикрыв трубку рукой, сказал мне, чтобы я шёл в зал и забирал жену, сейчас поедем к Маннергейму. Хочет выпроводить меня из кабинета. Я вышел. Мы с Женей ждали его на лестнице ещё минут двадцать. Наконец, он появился уже одетым.

- Великобритания объявила о присоединении к перемирию и восстановлению дипломатических отношений на уровне постоянного представителя. Они запрашивают о возможности принять самолёт с посланником. Маннергейм ответил положительно на их просьбу.

""Засуетились, союзнички! Сейчас начнут вставлять палки в колёса! А Рамсай здорово обрадовался этому"". Министр предложил завезти Женю к нему домой, познакомить её с его женой, и оставить их там. А самим съездить к Маннергейму. Так и поступили. Госпожа Хенриикка приобняла Женю за талию, и повела её на белую кушетку. Им есть о чём поговорить! Мы поехали на дальнюю дачу Маннергейма, где он находился. Дачей этот дворец назвать, ну, очень тяжело! Маннергейм, основные имения которого находились в Финляндии, практически не пострадал в результате революции, и жил на довольно широкую ногу, как привык ещё в Санкт-Петербурге.