Красный Анклав (СИ)

Очевидно пилоты слышали стрельбу - фонари были задраены, винт вращался в ожидании взлета. Из тумана по фронту кабины показались две ковыляющие в обнимку фигуры. Распознав одну из них, штурман-оператор убрал руку с ручки управления огнем двуствольной пушки. Сергеенко зафиксировал обмякшее тело спасенного в противоперегрузочном кресле и дал команду на взлет.

Глава 23"

"Архангельская область, недалеко от села Волошка

Легко оторвавшись от земли, вертолет быстро набрал высоту и лег на восточный курс. Привычная тряска в трюме никак не мешала опытному капитану, а его попутчик под сильнейшим воздействием медикаментов пребывал сейчас вообще в какой-то другой вселенной. По шлемофону пилот сообщил Сергеенко о том, что горючего осталось как раз дойти до трассы М8, где их должны были встретить и укрыть от преследователей, лететь меньше часа и пока в эфире никаких аномалий, хотя пропажу группы уже должны были обнаружить. С тех пор прошло уже 20 минут, винтокрылая махина легко неслась над бескрайними лесами в то время как пассажиры отдыхали в относительном комфорте десантного отделения. Точнее, отдыхал только Валентин, его спутник снова провалился в беспамятство лихорадки, безвольно повиснув на противоперегрузочной сбруе и изредка бормоча себе под нос что-то бессвязное. Капитан периодически давал ему воды, но стимуляторами делиться больше не решился - сердце могло не выдержать таких нагрузок. В наушниках с момента единственного радиообмена царила тишина, сопровождаемая тихим шипением статики, в которой Валентин искал забвения - сейчас их жизни целиком и полностью находились в руках пилота, в этот редкий миг полного отсутствия способности влиять на происходящее капитан позволил себе расслабиться и сконцентрироваться на лицах тех, кого он сегодня убил. Убийство есть убийство, даже если оно продиктовано жизненной необходимостью и он, безусловно, был убийцей, хладнокровным и не знавшим сомнений в нужный момент, но осознающий каждую секунду своей жизни весь груз причиненного зла, боли и страданий. Они заслужили хотя бы место в памяти своего палача, галерее ужаса, являвшейся ему во снах.

Из глубокой задумчивости его вывел голос пилота, совершенно спокойный и полный уверенности в себе:

- Сейчас немного потрясет, хорошенько там держитесь, - только и сказал он.

Валентин успел подумать, что ему определенно нравится летать этим рейсом, как вдруг пол резко ушел из-под ног, центробежная сила прижала к стенке в момент, когда хвостовая балка, громко протестуя, попыталась обогнать кабину. Было ощущение, что он находится внутри шурупа, который кто-то решительным жестом попытался ввернуть в доску огромной отверткой.