Мама для наследника альфы (СИ)

— И? Что ты думаешь по этому поводу? — задаёт вопрос мужчина, когда я не отвечаю на его молчаливый призыв.

Пожимаю плечами. Он же утром сказал, чтобы я не высказывала своего мнения? Почему вдруг сейчас об этом спрашивает? Не понимаю этого мужчину совершенно.

— Я думаю, что раз Николас хочет поехать, то стоит его отпустить. Только я бы попросила тебя приставить к нему какую-нибудь охрану на всякий случай. Так мне будет спокойнее.

— Я согласен с тобой. — Резюмирует Брендон. — Охрану организую, всё будет в порядке. Беатрис и Стивен очень приятные и дружелюбные, думаю, что Николасу понравится у них гостить.

— Ураааа! — восклицает Николас, подпрыгивая на стуле. — Я побегу собираться, возьму свой рюкзак и игрушки, чтобы показать Лее. Мама приходи мне обнимать на ночь.

Забыв про недоеденный ужин, сын галопом уносится наверх, оставляя после себя напряженную атмосферу.

— Я тоже пойду, — Поднимаюсь я из-за стола. — Проверю, как там мистофель.

— Рина, ты не хочешь поговорить? — спрашивает Брендон, а я только отрицательно качаю головой и выбегаю из столовой, стремясь скрыться за закрытой дверью своей комнаты.

Оставшийся вечер провожу, лениво поглаживая Лапушку по его упитанному животу. Он же ведёт себя, словно самый настоящий кот, а не магическое существо из другого мира: потягивается, переворачивается во сне, подставляя свои бока под мои пальцы, даже издаёт нечто, похожее на мурчание. Монотонные действия успокаивают меня, как и присутствие сладко сопящего пушистого животного рядом.

Попав в этот мир, я только и делаю, что сопротивляюсь его правилам. Отталкивала Брендона из-за своих внутренних страхов и предрассудков, не принимала информацию о том, что могу быть ведьмой, потом не верила в существование истинных пар, не желала понимать обычаи и порядки. Я до сих пор продолжаю это делать, вновь борясь с тем, что у женщин здесь не имеется права голоса. Но зачем же я всё время пытаюсь плыть против течения? Не легче ли подстроиться под действительность, а не нести с собой правила другого мира, которому я больше не принадлежу? Слишком сложно перебороть себя.

Тяжело вздохнув, не найдя какого-то определённого решения, поднимаюсь с кровати, когда ночь опускается на Олленд и иду в комнату сына, чтобы, как и обещала, обнять его на сон грядущий. Застаю ребёнка уже одетым в пижаму и лежащим в кровати, его глаза явно слипаются, но он продолжает ждать маму, которая обещала прийти к нему перед сном. Ложусь рядом с Николосом и крепко прижимаю к себе, поглаживая по голове. Какое же счастье, что в бесконечном океане моего сопротивления есть этот маленький уютный уголок, где я просто мама.