Александра (СИ)

Это были и ландсгерры, которые с момента моей коронации официально закрепляли за собой титулы баронов. Так же были представители крупных городов Ливонии, которые имели свою автономию и их управление осуществлялась по Магдебургскому праву. Было много гостей, тех самых немецких аристократов и не только. В последний момент прибыли представители французского короля Людовика XII и короля Арагона Фердинанда Арагонского, который кроме Арагона являлся ещё и регентом при своей безумной дочери и Кастилии, фактически соединив два этих королевства. Окончательное объединение произошло уже при его внуке, Карле V Габсбурге. В зале был свободен от народа только проход от входа и до трона. По его периметру стояли мои солдаты, приставив к ноге ружья с примкнутыми штыками. Они стояли спиной к проходу и лицом к присутствующим. Их форма выглядела очень нарядно. Начищенные до зеркального блеска кирасы и шлемы сверкали в лучах солнца и в свете факелов и свечей.

Позади меня с правой стороны шла Елена, так же в белом платье с длинным шлейфом. Но её шлейф был короче и его никто не нёс. С лева от меня и и чуть дальше Елены, шёл Георг фон Фрундсберг, так же одетый а парадную форму. Потом шли фрейлины и прочие, кого я выбрала в свой двор. Василий и палатины рассредоточились вокруг трона, ожидая, когда я подойду. Тут же стоял за Архиепископом Ульрих фон Дениц. С двуручным мечом.

Я подошла медленно к подножию трона. Митрополит и Архиепископ смотрели на меня.

— Дщерь наша, — начал говорить Архиепископ, — Принцесса Трапезунда, Константинополя и Рима. Принцесса лангобардов, тевтонов, бургундов, франков, свевов, саксов, квадов, бригандов, алеманов, готов, вестготов и остготов, а так же других германских народов. Повернись ликом к народу Ливонии. — Я повернулась спиной к православному и католическому священникам. Смотрела на присутствующих в зале. — Владетельные сеньоры Ливонии, представители вольных и не вольных городов Ливонии, священники, скажите сейчас и здесь, так как потом говорить такое не сможете. Достойна ли Принцесса Александра Комнина-Нибелунг стать вашей королевой? Вершить королевский суд над вами, поощрять за благие дела и карать вас за ваши преступления против короны и Церкви? Управлять вами и владеть вами и вашим имуществом? — Он замолчал. Я тоже молчала. В зале наступила тишина. Из толпы вышел ландмаршал. Почётный караул пропустил его. Он поднял правую руку и выкрикнул на латыни:

— Рossimus ea est! — Что в переводе с латыни значило: «Да будет она!»

За ландмаршалом громко прокричали остальные:

— Рossimus ea est!

Потом ещё раз:

— Рossimus ea est!

Потом третий раз. И с каждым разом гуд голосов нарастал. В основном, это были мужские голоса.