Александра (СИ)

— Знаешь, родной мой, на кого мы с тобой похожи?

— На кого?

— На двух детей, которых вот-вот матушка с батюшкой застанут за какой-нибудь шалостью.

— За шалостью? — Я кивнула. Он засмеялся. — Ну ты, Александра, как скажешь… Хотя ты права.

— Вася! Засов. Открой его! — Спохватилась я.

Василий резво подскочил к двери и тихо открыл засов. Вернулся ко мне. Сел рядом на лавку.

— Кто придёт, Саша? Владыко?

— Он. Я его чувствую даже на расстоянии. Господи, пусть он не позовёт меня опять молится вместе с ним на коленях.

— Часто так молишься? — Князь улыбнулся.

— Каждый раз, как Владыко начинает мне вещать о женской и христианской добродетели. Это он так заботиться, чтобы мы с тобой раньше венчания не начали.

— Он опоздал, мы начали.

— Василий, пожалуйста, он не должен об этом узнать. Я не хочу в его глазах быть блудницей.

— Успокойся. Он не узнает.

В этот момент в дверь постучались. Мы с Василием посмотрели друг на друга.

— Кто там, Федька? — Рявкнул Великий Князь. Хотя мы уже и так знали, кто там. Дверь открылась. В апартаменты Государя зашёл Митрополит со своим посохом. Позади него толпились клирики или как там они называются. Мы с Василием благочестиво сидели на лавке. Митрополит обвёл помещение глазами. Потом посмотрел на Князя и, наконец, уставился на меня. Я смотрела на Владыку невинными и честными глазами. Он прошел в комнату, стуча своей клюкой. Смотрел на нас с Василием недовольно. Неужели настучали?

— Что у вас тут происходит?

— Ты о чём Владыко? — Недовольно задал вопрос Василий. Это хорошо, что он начал злится. А то, как бы мы не шифровались, но счастливые глаза Князя его палили по чёрному. А Митрополит явно не дурак.

— А то, Государь. Ты чего кричал на весь Кремль? Лавки пинал. Мне тут уже ужасы и казни египетские порассказали. Что ты Александру чуть ли не убиваешь.

— Кто? Ты, Владыко, мне шепни, кто тебе такое сказал. А я с ним поговорю. — Я видела, как потемнели глаза Великого Князя.

— Кто сказал, тот сказал. — Митрополит посмотрел на меня. Казалось, всю ощупал и проверил, всё ли у меня на месте. Я сидела притихшая, вцепившись в кубок. — А ты, Александра, дщерь возлюбленная Русской православной церковью?

— А что я, Владыко?

— Почему сама голос повышала с Государём?

— Ничего она не повышала! — Влез Василий в наш с Митрополитом разговор.

— На то есть видоки. Чуть ли не весь Кремль! Вы ополоумели оба?! — Повысил голос Митрополит. — Чадо мои, вы что творите?

— Что мы творим? — Василий всё больше заводился. Я встала с лавки и подойдя к Князю, взяла его за руку. Стала поглаживать, чтобы он успокоился.

— А то и творите. На вас же люди смотрят. Народ ваш. Держава ваша, Василий и Александра. А вы? Свару устроили.