Александра (СИ)

Так как просто не успеем подготовить игроков. Но это ладно. Худо-бедно, но обучение пошло. У кого-то получалось лучше, у кого-то хуже. Но у всех их было большое желание и оно с каждой новой тренировкой только усиливалось. Были и синяки, и ушибы при падениях. Не без этого, особенно, когда тренировались без защитной экипировки. Но кандидаты терпели, ибо не вместно мужчине плакаться над какими-то синяками. Вылететь из команды никто не желал. Естественно самыми первыми были зачислены мои палатины. Эти считали, что они имеют больше прав, так как были палатинами старшей Царевны и именно они делали корт, пока над ними все смеялись. Я им не отказывала. Брал уроки катания на коньках Василий, муж Елены. Но с ним она занималась индивидуально, как и с Егором, мужем Евдокии. И с самой Евдокией. Я занималась больше с кадетами. Иногда просто с Еленой катались на корте или ехали на Москву-реку. Ушлые москвичи прознали, кто делал нам с Еленой коньки. Хорошие кузнецы с первого раза увидев лезвия коньков поняли, что нужно делать. Сапожники тоже попытались делать ботинки к конькам, но делали по старинке, не разбирая, где левая нога, а где правая. В итоге коньки у них получались не очень, так как нога хлябала в них и устоять на таких на льду было проблематично. Наш сапожник только посмеивался. Заказы от левых лиц не брал, объясняя отказы большой загруженностью. Даже боярам отказывал и купцам.

Как-то в Корпус приехал Великий Князь. Это было уже к вечеру. Он стал смотреть, как я учила своих хоккейных легионеров двигаться на коньках. Сама я была в той одежде, в которой каталась с Еленой на Москве-реке. И коньки у меня были для фигурного катания. Василий был с малой свитой, с десяток бояр и охрана. Наблюдая за тренировкой, как будущие легионеры пытаются устоять на коньках, Государь улыбался. Некоторые бояре стали посмеиваться, мол как коровы на льду. На что Василий возразил:

— А сами то можете вот так красиво, как Царевны прокатиться? Нет? Тогда чего смеётесь?

Я подъехала к бортику.

— Правильно, Государь. Они только учатся. Но обязательно научатся. А то, что неумело и падают всё время, это пройдёт ибо как сказал один поэт, о сколько нам открытий чудных готовит просвещения дух и опыт, сын ошибок трудных и гений парадоксов друг. Это он об учении. А ещё говорят так, век живи, век учись, ибо ученье свет, а не ученье тьма.

Василий засмеялся. Посмотрел на бояр,"

"— Слышали, что Царевна Александра сказала? Вот, её устами глаголет истина. Неучей у нас и так хватает, а вот умельцев маловато. Ну что же, Саша, будем надеяться, что увидим захватывающую игру по имени Хоккей.

— Увидим, Государь, обязательно увидим.