Александра (СИ)

Поэтому изначально они двинулись по Кальмиусскому шляху, огибая территорию Польского королевства. А после вышли на Изюмский шлях, чтобы ударить по Туле.

Я ждала этого. И я знала, что сразу к Туле они не пойдут. Чуть отклоняться на восток. К моей крепости. Менгли-Герай хвастал, что захватит обеих ромейских принцесс и привезёт их в клетке султану Селиму. И он знал о моей крепости на Дону. Значит они обязательно пройдут через неё, чтобы уничтожить. Я была довольная. Единственно, что меня беспокоило, это Соломония. Ей рожать, а мне нужно быть там, на Дону. Быть там обязательно.

— Александра. Там слишком большое войско. К тому же и османы идут. — Говорил мне Великий Князь."

"— Это же хорошо. Все собрались в одну большую кучу. Значит истребим их как можно больше прежде, чем они начнут разбегаться.

— Ты слишком самонадеянно. Даже пришедшая тысяча твоих калмаков не изменит ничего.

— А у меня не только эта тысяча будет. У меня и другие будут. И артиллерия. Ничего, имперцев тоже было больше.

— Но сейчас ворога больше. 50 тысяч. Ты понимаешь это?

— Понимаю. Засечная черта в этом месте уже готова. К моей крепости уже стягиваются казаки.

— Сколько их будет?

— Около двух тысяч. Где-то так.

— Поляки с литвинами могут ударить.

— Могут. Но сначала нужно разобраться с Менгли-Гераем. А с поляками, если они нападут, я потом разберусь.

К засечной черте стали стягиваться отряды боярского и дворянского ополчения. Кадетский Корпус уходил не в полном составе. Старший курс шёл весь. Младший курс, шли только те, кто достиг возраста 16 лет. Остальные оставались. Уходила сформированная рота солдат, вооружённая ружьями. Покидали столицу с развёрнутым знаменем, под барабанный бой. Народ провожал их. Многие крестили моих кадетов и их наставников, благословляя их. С Корпусом уходил и пятитысячный отряд тяжёлой кованной конницы под командованием князя Долгорукого.

На этот раз командование объединенным войском Великим Князем было поручено мне. Князь Воротынский, которому изначально хотел Василий поручить войско, неудачно упал за неделю до выхода с коня и сломал ногу. На вопрос бояр почему мне поручается командовать армией, ибо ходить под женщиной невместно, такого никогда не было, Государь задал один вопрос:

— У меня пока что, только два генерала. Но один лежит в госпитале и взять на себя руководство не может. Остался второй генерал. Это Александра. И я всё сказал. Может кто-то не согласен?

Недовольные предпочли заткнуться. Ибо знакомится с палачом никто желанием не горел.

Воротынский лежал в моем госпитале. Он чуть не плакал, когда я пришла попрощаться с ним.

— Сашенька, ну вот скажи, за что мне такое наказание?

— Значит так было угодно всевышнему. Не волнуйся, княже.