Александра (СИ)

Мы больше не нужны? — Спросил он.

— Нет, сотник. Благодарю тебя и твоих людей. Возвращайся в Кремль.

Он поклонился.

— Скорблю вместе с тобой, Царевна. Иван Федорович Вяземский был добрый воин. Вечная слава ему. — Я кивнула ему. Надев шлем, он вскочил на коня и увёл свою сотню. На крыльцо вышла Евпраксия Гордеевна. Смотрела на меня. Я на неё.

— Прости, матушка. Мужа я привезла. Сына твоего. Не успела я. Не спасла его.

Она стала качать отрицательно головой.

— Нет. Нет, Александра. Как же так? Ванечка мой. Сынок. — она медленно спустилась с лестницы. Подошла к фургону. Мои палатины осторожно вытащили носилки с телом Ивана и положили их на землю. Евраксия Гордеевна упала на колени рядом с телом сына.

— Соколик мой. Куда же ты улетел? На кого нас оставил? — Она завыла, как раненая волчица. Из терема выбегали всё новые люди. Прислуга, разные приживалки и ещё чёрт знает кто. Их постоянно крутилось на подворье Вяземских достаточно. Поднялся бабий вой. Тут же рядом с матерью на колени встала и Евдокия. Плакала по своему брату. Во двор на коне заскочил Василий. Спрыгнул на землю. Подбежал к носилкам.

— Ваня, брат мой! Как же так-то? Александра? — Он беспомощно посмотрел на меня."

"— Стрела, Вася. Крымчаки наскочили. Они штурм отбивали. Ване в грудь попала стрела. Пробила кольчугу. Я не успела. Когда прискакала к нему, он успел только попрощаться со мной. — Ответила я. Василий закрыл лицо ладонями и заплакал. Вы видели когда-нибудь как плачет мужчина, воин, не боящийся крови, сечи с сильным врагом и самой смерти? Одно дело, когда плачут женщины. И другое дело, когда вот так плачет сильный мужчина. Я стояла и смотрела на них. сама находилась в каком-то странном состоянии, словно меня здесь нет. Буд-то смотрю на всё это, как на экран телевизора. Я не плакала. Свои слёзы я выплакала. А то, что не выплакала, то осталось во мне, переплавляя страдания и горе в холодную ярость и ненависть.

Почувствовал, как кто-то обнял меня сзади за плечи.

— Саня, как мне жаль Ванечку. Что совсем ничего нельзя было сделать? — Это была Ленка. Я развернулась. Смотрела ей в глаза.

— Я не успела. Стрела была вымазана в бараньем жиру, которому дали загнить. Стрелу сразу не вынули. Начался сепсис, заражение крови. Фактически, когда я приехала, у Ивана была уже агония. А у меня ни одного, даже самого паршивого антибиотика. Ни одного, ни капли, Лена.

— Сань, успокойся. Никто тебя не винит. — Она обняла меня за шею и прижалась ко мне. Заревела. Я тоже обняла её. Гладила по спине, по голове.

— Он мне ответит. — Прошептала я зло.

— Кто? — Подняла на меня заплаканные глаза подруга. — Бей Мурад, который со своей сворой пытался захватить крепость и прорваться на юг Руси. Это его стрела попала в Ивана.