Александра (СИ)

— Ладно. Но всё же не гоже бабе, пусть и не простой, оружие в руках иметь. — Отступил назад боярин.

— Это уже я буду решать, что мне гоже, а что нет. — Спокойно ответила ему, убирая стрелу в колчан. Он хотел что-то ответить, но Иван покачал отрицательно головой. И Матвей промолчал, только кивнув головой.

Двигались ещё часа три по лесу, перелескам, взбираясь на холмы. Пересекая ручьи и небольшие речки. Наконец, достигли укрепленного поселения. На берегу небольшой речки на возвышенности стояла деревянная крепость. Частокол из толстых брёвен. Сторожевые башенки. Рядом с крепостью деревня, дворов на тридцать-сорок. Серьёзно так. Так же увидела поля засеянные зерновыми. Только не могла понять, что именно — пшеница, рожь или ещё что? Тут же был паром. Мы подъехали к реке. В ширину она была метров двадцать-двадцать пять. Берега, заросшие камышом. Мы подъехали к деревянной пристани, вернее к тому, что с натяжкой можно было назвать пристанью. Подошёл паром, который управлялся четырьмя мужиками. На него зашли бояре Вяземские, коней вели под уздцы. Мы с Еленой, тоже пешком. Связанный Ян. Две лошади с носилками и Матвей с парой человек. Остальной отряд остался на этом берегу. Я стояла и поглаживала своего коня. У меня ещё оставалась горбушка хлеба. Посыпала её солью, скормила коню.

На том берегу нас ждали. Как я поняла, из укреплённого поселения прискакал сам боярин, Вяземский-старший со своими воинами. Когда паром ткнулся в пристань, начали выводить коней на берег. Первыми пошли молодые бояре Вяземские. Потом вывели коней с раненым.

— Евсей! — Боярин подбежал к носилкам. — Что же ты, друг мой! — было видно, что вид товарища доставил боярину душевную боль. Он переживал. Густая борода с проседью. Сильные плечи, в кольчужной рубахе. Довольно высок. Оба молодых Вяземских были на него очень похожи.

Он провёл ладонью по лицу побратима. Посмотрел на своих сыновей.

— В засаду попали, батюшка. — Ответил Иван, склонив голову. — Людей потеряли. Кто сгинул, кто в полон попал. Сами еле ушли.

— Здрав будь Фёдор. — Поздоровался Матвей, подходя к боярину.

— И ты будь здрав, Матвей. Видишь горе какое.

— Сыновья живы, это главное. А за людей своих поквитаешься с литвинами.

И тут старый боярин увидел нас. Я спокойна вывела коня на берег. Елена держалась позади меня. Фёдор внимательно и с удивлением разглядывал меня. Задержал взгляд на шашке, висевшей у меня на левом боку. На нож в ножнах на правой. На лук в чехле и колчан. потом посмотрел на Елену. Я тоже смотрела ему в глаза. Смотрела спокойно. Ему это не понравилось.

— И что это за девы такие у тебя, Иван?

— Гостьи, батюшка. Если бы не они, нас бы положили люди Яна Собесского. А так, сами живы остались, да ляха самого в полон захватили.