Александра (СИ)

Увидела у него кровь на груди. Костюм был разрублен.

— Сильно зацепили?

— Нет. Так чиркнули и всё.

— Тебя надо перевязать. Что же ты так, Никиша?

— Прости, царевна. Но я не так ловок. Как ты.

— А надо быть таким же. Запомни, твой девиз должен быть такой: «Порхать как бабочка, жалить как оса!»

— Ничего себе из Никифора бабочка! — Услышала я голос дядьки Евсея. Старый воин снял шлем. Смотрел на меня и улыбался. Покачал головой. — Ай да царевна! А да дева! Ай да молодец. Честно скажу, до конца не верил, что такое возможно. Но поди же ты. Мы в замке. Замок весь наш. И мы не потеряли ни одного воя! Скажи кому, что такое сделала юная дева, не поверят.

— Дядька, что там? — Спросил Иван.

— Всё хорошо. Ворота закрыты, мост поднят. Везде наши воины. Но как я понимаю верхняя часть донжона остаётся за фон Деницем?

— Да и бог с ним. — Усмехнулась в ответ. — Сдастся. Если нет, умрёт.

— Это как? Его сейчас из донжона не выбьешь.

— А я не собираюсь выбивать. Я просто взорву верхнюю часть и всё.

— Как взорвёшь?

— Очень просто, дядька Евсей. Барон хорошо укрепился. Он обзавёлся пушками. А чтобы пушки стреляли, то и порохом. Его в крепости достаточно. Заложим несколько бочек здесь. Плюс пару-тройку нашего динамита и всё. Половину донжона снесёт так, что только камни полетят в разные стороны.

— Жестоко.

Я пожала плечами. А мне что тут с бароном, политесы разводить?

— Нормально, дядька Евсей. У нас говорили так, если враг не сдаётся, его уничтожают! А мы, отходя из замка, не можем оставить его у нас за спиной. Но я, почему-то уверена, Ульрих не захочет умирать. Дядька Евсей, начинайте полностью всё шерстить. Всё, что можно отсюда вывезти. Вы лабораторию алхимика нашли?

— Да. Рядом с донжоном есть небольшой домик.

— Надеюсь, Маркус жив?

— Жив. Даже возмущался, когда его за шиворот вытаскивали во двор, пока его один воин по спине плашмя мечом не навернул. Тогда только заткнулся.

— Дядька! Я же просила.

— Да ничего с ним не случилось. Целый он.

— Дядька, и я очень надеюсь, что ни один стеклянный сосуд, что у него есть не разбили?

— Обижаешь, дочка. Только его вытащили и всё. Да туда никто добровольно сам и не зайдёт. Чернокнижник он же, колдун.

— Дядька, давай не будем торопится. Это хорошо, что туда к нему никто больше не заходил. Я сама туда пойду и решу, что мы заберём. Нужно начать готовить повозки, лошадей. Начинать грузить добычу. И самое главное, надо снять пушки.

— Да. Я удивлён. Не знал, что фон Деницы приобрели пушки. Ещё бы найти пушкарей.

— Посмотри среди тех, кто остался жив.

— Ты взорвала дружинный дом.

— Пушкари особая каста. Они с простыми латниками не тусуется.

— Что делают?

— Пушкари считают себя выше простых солдат. Вернее латников, дружинников.

— Понятно.