Алекс (СИ)

Под жаром мужских ладоней дрожит каждая мышца, насквозь прошитая жалящими мурашками. Ещё миг, и его дикая страсть превратит меня в горстку тлеющего пепла.

— Я хочу тебя трахнуть, Софи… — низкий мужской полустон-полурык обволакивает ушную раковину, ввергая в упоительный транс, зубы прихватывают мочку уха, аккуратно сжимают, заставляя тело извиваться под ним и гортанно стонать.

— У тебя сногсшибательный запах… слишком сильный… слишком возбуждающий… — хрипло шепчет, обводя горячим языком линию скулы, а затем и кромку ушной раковины. — Ммм… какая же ты сладкая…

Кончик прохладного носа медленно рисует неровный круг на виске, затрагивая верхушки мелких волосков. Щекотно и до дрожи приятно. Дерьмоооо… скулит моё сознание, поддаваясь натиску харизматичной натуры. Гордость падает ниц перед безумцем. Моё тело пробивает током от того, как жадно он вдыхает аромат волос, глубоко затягиваясь, словно ценитель высокосортного табака и этот внезапно проявленный инстинкт хищника лишает меня рассудка."

"— Ты, как хмельная отрава, проникаешь в меня через поцелуи и бьешь в голову адреналином, и нет мне покоя, Со. Тебя нереально оттуда вытащить, маленькая заноза — пальцы Алекса протискиваются под пояс джинс и выталкивают из петли железную пуговицу, а вот расстёгивать змейку ему не хватает терпения. Он с треском разъединяет её пополам, мгновенно приводя в непригодность мою одежду. Распахиваю шире расслабленные веки и тону в глубоком взгляде цвета бескрайнего елового леса. О, Бог ты мой… нельзя быть таким порочным и соблазнительным… Хочу его слишком сильно, как и он меня. Очередной влажный поцелуй в шею вынуждает всё тело трепетать и терять контроль. Все попытки расстегнуть замок его куртки и при этом не мешать снимать с себя одежду превращаются в нелепые и смешные движения. Наши пальцы постоянно сталкиваются. В конце концов Алекс ловит мои запястья и заводит за голову, прижимая к двери одной рукой, вторая стремительно ложится на оголившийся живот.

— Скажи, что хочешь меня! — несдержанный приказной рык опаляет мои губы щекотным, волнующим дыханием. Ладонь Алекса ныряет между ног, прижимаясь плотно к пульсирующей промежности, подчиняя меня ему. Длинные фаланги, лаская и скользя вдоль набухших складок, резко врываются в лоно через влажное хлопковое бельё.

— Да-а! — разряд удовольствия обжигает нежную плоть и проносится по всему телу. Царапаю ногтями его руку, которая держит запястья, сильнее выгибаясь и неистово насаживаясь на пальцы второй руки, чтобы они вошли внутрь как можно глубже. За считанные секунды Алекс доводит моё тело до дрожи, до сладостных судорог, срывая с губ чреду удовлетворённых стонов. Мужской аромат его кожи пьянит до одури.