Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Мой магистр с беспокойством посмотрел на меня.

— Даня, ты сам с собой разговариваешь?..

— Да если бы, — буркнул я, нащупывая неприметную дверь. — Смотри, здесь! Но она заперта…

— Отойди-ка?

Не дожидаясь ответа, Янус приложился к двери плечом и высадил ее к чертовой матери.

Я первым нырнул в открывшийся темный коридор. Янус вернулся за Фортуной и покатил ее следом.

— Интересно, каким же образом предвечное божество и зодчий вселенной Азатот вдруг оказался внутри смертного? — пробормотал я на ходу.

«Я — хаос. Я — Азатот. В самом деле, как я очутился внутри смертного?.. И как внутри смертного оказалось столько моей энергии, смешанной с частичками других богов? Не знаю. Но я знаю главное. Что я — Азатот. Я — хаос…»

— Зачем ты снова и снова и повторяешь это?!

«Боюсь снова забыть,» — ответил мне голос.

Так, под бормотание божества внутри меня, мы преодолели еще один коридор, уложили пятерых охранников, открыли тяжелую железную дверь и вывалились наружу.

Гул и скрежет в первое мгновение оглушили меня.

Как и громкие возгласы людей.

— Египетская сила!.. — пробормотал я, широко распахнутыми глазами глядя на эскалатор слева, возле которого образовался затор, и большую немноголюдную платформу справа. Пассажиры, с любопытством вытаращившись на нас, опасливо пятились, но позабыв о своих делах, не торопились уезжать и похватали телефоны, чтобы заснять это явление Христа народу.

— Мы в метро, — сказал я магистру, чувствуя, как дебильная улыбочка проступает у меня на губах. — Выползли из технического выхода. И выглядим, как пара придурков, сбежавших из психушки.

— Скорее, из мясного отдела, — хмыкнул Янус. — А еще у тебя из груди торчит кусок Ктулху.

— Этого-то откуда знаешь?

— Жена оказалась фанаткой Лавкрафта, — мрачно ответил Ян.

Я сделал наглое лицо и, шлепая ногами, без малейшего смущения на физиономии вышел в толпу, мгновенно схлынувшую в сторону. Кто-то придавленный с задних рядов начал громко ругаться, а я гаркнул во всю глотку.

— Дорогу дайте! Не видите — кино снимают! — и, положив окровавленный меч на плечо, обернулся назад и деловито скомандовал: — Вывози!

Мы вытолкали каталку и пофигачили на платформу под обалдевшими взглядами пассажиров и дежурной.

Поезд, с грохотом тронувшийся от платформы, уезжал пустым — все остались на станции, увлеченные странным зрелищем.

Ктулху внутри меня заворчал, поблек и медленно втянулся внутрь.

— Что дальше делать будем? — спросил Янус.

— Прямо по курсу — выход в город. И служивые, которым уже сообщили о паре придурков в метро, — сказал я.

— Так что делать-то?

— Бежать, конечно! Ломиться, как северные олени навстречу свежему ягелю!

— Я тебя понял!

Ян завернул жену в простынь, на которой она лежала и подхватил ее на руки.