"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

 — А потому у меня будет к тебе вопрос: сможешь ли ты защитить моего наследника после его объявления? Сможешь переступить через искушение убить брата и самому занять полагающийся тебе трон?

— Смогу, — кивнул я. — Мне не нужна власть, государь. У меня есть все, что мне нужно. И, буду откровенен, я довольно плохой управленец, но смогу обеспечить твоего сына лучшей армией в мире.

Он помолчал, глядя мне в глаза. Я ощущал легкое прикосновение ауры правителя, но она не давила.

— Что ж, я доволен твоим ответом, но вижу, что и тебе есть о чем меня спросить, верно? — произнес государь, откидываясь на спинку деканского кресла.

— Ты заранее знал, что я откажусь, но все равно решил мне все показать. Почему?

Он помедлил с ответом, и мне уже начало казаться, что царь так его и не скажет, но губы Михаила II чуть дрогнули и он сказал:

— Мир вступает в очень сложную фазу, Дмитрий, — произнес он, тяжело роняя слова. — Русское царство ждут тяжелейшие испытания. И потому я рассказал тебе о твоем настоящем происхождении. Никто не знает, что нас ждет в будущем. Я буду делать все, что от меня зависит, но ты сам видишь на примере польского короля — бессмертных не существует. Поэтому я допускаю такой вариант, когда выбора ни у кого из нас уже не будет. И тогда тебе придется делать то, что у тебя получается лучшего всего — защищать. Но не только род Романовых как его княжич, а все Русское царство как его государь.

К началу следующего занятия я не успел, опоздав на добрых пятнадцать минут. Постучавшись в дверь кабинета Паращука, дождался разрешения и прошел внутрь.

— Садитесь, Романов, сегодня вы только слушатель, — распорядился инструктор. — Я наслышан о вашем конфликте с Ивановым, не буду мешать перевести дух.

Группа смотрела на меня заинтересованно, и Паращук заговорил:

— Ладно, раз у нас особый случай произошел, давайте его обсудим, — предложил он, садясь за свой стол.

Студенты немного приободрились, тема была любопытная, однако Кирилл Ярославович не собирался, естественно, рассуждать о самом поединке.

— Итак, всем известно, что любая психика одновременно и гибкая, позволяющая человеку приспосабливаться к любым обстоятельствам, и в то же время — достаточно жёсткая, чтобы человек не сломался от того, что кто-то ему на ногу наступил, — заговорил инструктор, спокойно складывая ладони на столешнице. — Но порой это играет против самого человека. Заставляет его застрять в режиме повышенной готовности к опасности.

На самом деле это касалось огромного числа царских людей. В отличие от моего мира, здесь было больше факторов для возникновения посттравматического синдрома. Магия вносила коррективы.