"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Технически для меня не так много разницы, есть они или нет — мне в любом случае нельзя убивать тренера на глазах студентов всего первого курса.

— Когда вы сдадитесь, я жду публичных извинений от вас лично, — продолжил речь я. — И от вашей службы за проявленное неуважение к тому, кто спасал царских людей, пока ты, как помоечная крыса, глумился над слабыми первокурсниками. Выходи, Иванов, докажи, чего стоят твои слова!

Студенты притихли, ожидая дальнейшего развития событий, я стоял, скрестив руки на груди, ожидая его решения.

Налетевший ветер поднял пригоршню пыли, прокатившуюся через полигон. Напарница Иванова подошла к нему и что-то зашептала на ухо. Мужчина сжимал челюсти от гнева, но молча пошел ко мне, стискивая кулаки.

— Бой! — объявила преподавательница, поднимая купол.

И я нанес первый удар, проигнорировав адский жар, которым окутался Иванов. Челюсть безопасника громко хрустнула, он попытался усилить давление пламени, но я схватил его за левую руку и сжал пальцы на ней.

— А-а-а! — заорал, теряя контроль, преподаватель.

Облако огня окутало нас обоих, заставляя одежду тлеть, а волосы и брови трещать.

Удар лбом в переносицу, и тренер рухнул на землю. Огонь развеялся, я остался стоять над поверженным противником. Купол сняли, и напарница Иванова сделала шаг к нам.

— Стоять, — остановил ее властный голос, и я бросил взгляд в ту сторону.

Государь, окруженный свитой, среди которой я узнал нашего декана, кивнул мне.

— Княжич в своем праве.

ЦСБшница поклонилась царю и отступила в сторону, а я склонился над хрипящим Ивановым. Дав мужчине пощечину, я дождался, пока тот сосредоточит взгляд на мне.

— Продолжаем? — спросил я.

Тот замотал головой, и я отступил на шаг. Он рухнул на полигон, не делая попыток подняться.

— Ты сдался, Иванов. Я жду извинений.

По его гневно сморщившемуся лицу я видел, как ему хочется послать меня подальше. И он бы так и сделал, если бы не присутствие царя, о котором, очевидно, напарница и предупредила его перед боем.

— Я… — негромко сказал он.

— Я тебя не слышу, — ответил я.

— Я приношу свои извинения! — уже громче выкрикнул он.

Шок прошел, покров вернулся, и раны постепенно отходили на второй план. Опричник уже соображал прекрасно и понимал, что просто так все не закончится.

Опозориться на глазах царя, будучи его слугой… И за меньшее головы срубали.

— Я приношу свои извинения роду Романовых, княжич, и вам лично за свою несдержанность, — наконец выговорил он и поднялся на ноги.

Несколько секунд стояла тишина, после чего Михаил II взял слово.

— Так обстоят дела в моем Университете? — спросил он стоящего рядом мужчину в униформе ЦСБ. — Княжич Романов заслужил награду, и так его встретил родной дом?

— Государь, — с умоляющими глазами обратился к нему свитский.