Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)

Следом на арену вышли и сами братья Днищевы, которые оказались дрессировщиками. Эта часть представления оставила меня совершенно равнодушным. Ну да, животные скачут туда-сюда, бегают на задних лапках. И что? Вы бы видели, что в моей прошлой жизни вытворяли друиды! Они белок заставляли варить себе кофе. Белок! Варить кофе! А то, что происходит на арене — это так. Баловство.

Представление завершилось, и все артисты вышли на арену, чтобы напоследок искупаться в овациях.

— Мама, можно я пожму луку вон тому здоловяку? — спросил я, указав на силача.

— Миш, ну ты чего? Глянь, какая толкучка. Давай в другой раз.

— Но я хочу сейчас! Ну пожалуйста! У меня же День лождения! — настаивал я, поджав губы.

— Ладно. Идём, попробуем пробиться в первые ряды, — вздохнула мама.

И мы пошли. Точнее, она плелась сзади, а я, как метеор, прошмыгнул между ног нерасторопных зрителей и вылетел на арену цирка!

— Дядечка! Ты мой кумил! — заверещал я и сиганул на амбала.

Тот растерялся и поймал меня в последний момент. Силач нелепо улыбнулся и посадил меня к себе на плечо, видать для того, чтобы со стороны было видно насколько большая разница у нас в размерах. Я лучезарно улыбнулся и деранул его за бороду! На удивление она легко оторвалась… Это была накладная борода!

— Ах ты, мелкий паршивец! А ну, слезай! — возмутился идеально выбритый силач и потянулся ко мне, чтобы спустить на землю.

Я запаниковал. Где сообщение «Желаете поглотить доминанту» и всё такое? Может, борода из синтетики? Мазнув взглядом по амбалу, я увидел длинную волосину, торчащую из его уха. Мелкая ручонка тут же ухватила её, и я, скрипя зубами, резко дёрнул на себя.

— Ай! Сучонок мелкий! — заорал здоровяк, но я уже соскочил на землю, перепрыгнул через бортик и растворился в толпе.

Амбал даже не думал за мной гнаться. Вместо этого он отклеил висящую на подбородке накладную бороду и отправился за кулисы.

— Мамуля, быстлее уходим, — улыбаясь, сказал я, и потащил маму на выход.

— Миша, ты чего натворил? Нужно извиниться перед дядей.

— Ага, обязательно извинюсь, когда в следующий лаз плидём на пледставление, — сказал я, волоча маму за собой.

Она лишь покачала головой, и не стала настаивать на извинениях. По пути я спрятал волосину в карман, решив взять от этого дня всё, что только смогу. Я шарил взглядом по полу в поисках чьих-нибудь волос, но ничего не нашел. А жаль, впрочем день ещё не закончился. Может, ещё что найду.

Выйдя из цирка, мы направились по улице Майской вглубь города. Купили мороженого, посидели в уютном сквере, а потом мама предложила прогуляться в центральном парке культуры и отдыха. Она сманила меня обещанием что там точно работают фонтаны, а ещё мы покатаемся на колесе обозрения. Что ж. Меня легко подкупить.