Ритуал (СИ)

 — Ты же хочешь, сделай… — искушал он, улыбаясь очень криво. И я, наконец, поняла, что было в его глазах — напряженное, скрученное в тугую пружину… ожидание неизбежного.

— Хочу, — выдохнула я тихо, — поблагодарить. За то, что не соврал.

— Успокоительный эликсир?

— Нет. Не пила, но всплеска не будет. Считаем это за первый вопрос.

Дядя нахмурился, внимательно, по-новому, изучая тщательно уложенные волосы, форму, ленту в петлице.

— Второй вопрос, — я похлопала кончиками пальцев по гранитной плите. — Приказ выполнили? Сакрорума убили наши люди?

— Нет, — снова улыбнулся, насмешливо и криво. — Не-ус-пе-ли. Горца сняли раньше, — продолжил он деловито. — Это истинный талант — умудриться нажить столько врагов за такую краткую жизнь.

— Тц, — дядя покачал пальцем из стороны в сторону. — Моя очередь спрашивать, — улыбка стерлась, глаза похолодели, когда он опять наклонился близко-близко. — Я хочу знать, кто такой этот Сакрокрум, чтобы ты допрашивала Главу собственного Клана? Кто такой этот вшивый горец, которого ты знаешь несколько декад, и с которым встречалась всего четыре раза? Кто он такой, Вайю? — громыхнул дядя так, что, казалось, завибрировал воздух вокруг. Алтарь вспыхнул неярким светом. — Видишь? Видишь до чего мы дошли? — мы так и стояли друг напротив друга, как два бойца, разделенные гранитной плитой. — Я ждал, что ты используешь силу, Вайю, — закончил он устало. — И я хочу знать, из-за кого мы дошли до такого.

— Я требую ответа на свой вопрос, Вайю, — закончил дядя жестко, и Алтарь опять тускло вспыхнул под нашими ладонями.

— Из-за меня, — не смотря на весь псаков обретенный контроль глаза запекло. — Из-за меня, — выдохнула тихо, и мне стало легче. Алтарь вспыхнул умиротворяюще, подтверждая правдивость моих слов. Всё из-за меня.

Я бы много дала, чтобы вернуться в дом Браев и отпустить связанного Нике на все четыре стороны, просто выпнуть его из дома под зад, и найти другого темного, который держал бы чары. Но я хотела Нике. Хотела иметь его рядом сейчас, а не через десять зим. Это я — соскучилась, и это моё эгоистичное решение привело к таким результатам. Я могла отпустить его после, но связала контрактом по рукам и ногам, думала — время ещё есть, хотела показать ему столько… но ни разу не спросила, чего хочет сам Нике. Хотела — я. И этого было достаточно.

— Блау имеют право, — выдохнула я горько. — Блау всегда получают то, что хотят. Так ты учил меня. Любая игрушка. Любые вещи. Любые люди.

— Я хотела горца себе, — выдохнула я после очень долгой паузы. — Нике был бы гениальным целителем. Не вылечил бы Акса, но помог бы.

— Целителей много, мальчишка закончил один курс, и его возможная гениальность в будущем…

— Это был мой горец, дядя. Мой. Не трогай никого из моих людей, дядя.