Ритуал (СИ)

Разве сейчас время?

— Мастер, — один из охранников-аларийцев постучал в косяк около приоткрытой двери. — Мастер… мисси приказала собрать отряд, и… — он запнулся на миг, — чтобы-там-не-было-ни-одного-аларийца, — протараторил он очень быстро, глотая слова.

Старик прищурился, и снова затянулся. Усы скрыли короткую усмешку. Ликас выругался грязно, поминая всех Блау до третьего колена, так не вовремя и рано почившую леди Аурелию, тварей, демонов Грани, Источник, методы кастрации, и почему-то мелких грызунов.

— Собирай отряд, — рявкнул он в ответ ошарашенному охраннику.

— Но… мисси приказала… ни одного аларийца…

— Собирай отряд! — рявкнул окончательно выведенный из себя Ликас. — Из одних аларийцев! И чтобы там не было ни одного Высшего!

Старик открыл глаза и покачал головой, показав кончиком трубки за дверь — спорьте в другом месте. У него под старость зим не было проблем с памятью. Последний раз юная мисси отдавала прямой приказ в пять — малышка болела и ей захотелось вишни. Свежей. В середине зимы. И все аларийцы в поместье прекрасно видели, чем это закончилось — Ликас сбился с ног, не спал двое суток, ягоды спешно переправили из столичных теплиц порталами…

Он причмокнул, вспоминая сладкий запах зрелой вишни, тонкие зеленые хвостики с листочками — только с дерева… легкие нотки горчинки на языке от косточек, но…

Старик хихикнул в усы и в очередной раз подавился дымом, закашлявшись от смеха. Миска со свежей ягодой летела далеко и долго, когда её принесли — прямо в лицо обескураженному Ликасу. Два дня для ребенка — это целая жизнь.

Маленькая мисси выздоравливала и теперь хотела клубники. И уже тогда было понятно, что просто не будет.

Алариец подавился смехом ещё раз и покачал седой головой. Юный Ликас проиграл битву, которая даже ещё не началась, а ведь его предупреждали насчет клятвы… но… молодость-молодость… тогда его глаза смотрели и видели только одного человека на всех четырех континентах. Сиру Аурелию Хэсау.

Суета в доме продолжалась, гомон оглушал, слуги сновали туда сюда, повинуясь резким окрикам Управляющего. В поместье кипела жизнь — никто не понимал, что именно происходит, и зачем они это делают, но теперь в общем хаотическом движении появилась осмысленность — поднятие защиты ощутили все и те крохи силы, которыми алтарь Блау щедро подпитал источники каждого.

Высшие не любят делиться силой. Ни с кем, и уж тем более со слугами. Такая щедрость никогда не значила ничего хорошего. Наоборот — это значило, что всё плохо. Очень плохо. И это отчетливо понимал каждый.

Когда я зашла в холл первого яруса, чеканя шаг, с двумя магами за спиной — разговоры стихли, кто-то поклонился, но большинство просто молча приложили кулак к груди — салютую.