Ритуал (СИ)

Сунула трофеи в карман и поднялась в абсолютном молчании. Ахнули позже, когда я переплела пальцы, готовя контур.

— Ученица Блау…, — рокот Наставника прогрохотал предупреждающе.

Мы не добиваем лежачих, знаю, но… эти правила действуют в цивилизованном обществе.

Я тряхнула головой и решительно закончила плетения.

— Леди Блау… — тоненько простонал «мямля в зеленом», который стоял почти у самой границы круга, — ради Асклепия, леди …

Но плетения уже сорвались с пальцев и впитались в грудь Бартуша, истаяв темным облаком.

Я снова переплела пальцы, выстроила чары, но… запитать не смогла. Сила чихнула несколько раз, и погасла. Но не засмеялся никто.

Я попыталась ещё раз — Бартуш тоже должен получить свою порцию «очищающих», как и Му, но сила не слушалась — я просто вычерпала ресурс до дна. Темные облачка с короткими чихами вспыхивали и гасли. Вспыхивали и гасли.

Псаки! Всего одно плетение!

— Опускайте защиту, — безжизненный голос мистрис Айрель раздался совсем рядом. — Ученица Блау, опустите защиту круга!

Я молчала, отсчитывая про себя — два мгновения, ровно два мгновения, глядя в непонимающие глаза Бартуша — чары он словил, но ничего не происходило.

— Леди Блау! — уже требовательно.

Я продолжала ждать, пока наконец плетения не сработали. Одежда мальчишки начала расползаться по швам, стекая вниз, и осыпаться. Сначала истаяли рукава и сапоги, потом верхний кафтан и штаны, последней таяла нижняя сорочка и белье… пока Бартуш не оказался совершенно голым, лежащим на песке в круге, почти в самом центре полигона.

— ЛЕДИ БЛАУ!!! Закончите бой! — это уже взвыл Старший Наставник, дергая на себе бороду, застонал Кантор, отвернувшись, взвизгнули от восторга все девчонки на первых рядах трибун, а потом… грянул хохот.

Я разочаровано поцокала языком — размеры Бартуша были вопиюще скромными, чего никак нельзя подумать, глядя на его развитую фигуру.

— Ученица Блау! Заканчивайте фарс и покиньте круг!

Трибуны свистели, орали и плакали, девчонки одобрительно визжали в неистовстве… я считала про себя ещё два мгновения, чтобы закрепить эффект, и все могли насладиться зрелищем.

Кулак вверх я вскинула по легионерскому обычаю — требуя молчания, и трибуны стихли, почти сразу.

Прошла вперед и подняла голову вверх, чтобы видеть всех. Не знаю, каких речей они ждали, что-то умное или пафосное… но красноречие не было моей сильной стороной, я редко выигрывала диспуты.

— Подстилка, — мой голос усиленный чарами разносится над полигоном, — должна быть, — я крутнула нож в пальцах и наклонилась вниз, — … голой.

Капля крови из порезанного пальца впиталась в песок и защита начала таять, сияя прорехами в серебре.