Ритуал (СИ)

Вестник от Фейу вспыхнул над моей головой алым гневным багрянцем и так яростно потрескивал, что все отвлеклись, глядя на то, как я пытаюсь поймать норовистое сообщение. Точно такое же, как его хозяйка.

Фейу зашла с обвинений, отбросив приветствия и всю принятую социальную шелуху.

«Блау! Вчера тебя ждали до ночи!».

Я поморщилась — о поединке Фейу и обещании, я вчера забыла напрочь.

Второй Вестник, ещё более яростный, чем первый, вспыхнул следом.

«Не держишь слово!».

Сяо смотрел, стараясь не проявлять любопытство откровенно, а Луций вздернул бровь, когда я едва слышно простонала сквозь зубы. Щелкнула кольцами, составляя послание, и обратный Вестник с темной вспышкой растворился в воздухе.

«Компенсация?» — это единственное, что пришло мне в голову.

«Непременно» — прилетело в ответ уже совершенно спокойно. «И, дуэли не будет, Блау. Бартуш вчера принесла извинения по полной форме. Компенсацию готова обсудить при встрече». И столько неприкрытого довольства было в сообщении Марши, что я не стесняясь выругалась сквозь зубы.

Псаковы хитрые Фейу. И Тир. Ведь наверняка он знал уже вчера.

— Что случилось? — я подловила Наставника перед обедом, заблокировав дверь в кабинете. — Мастер?

У дяди было слишком отвратительное настроение. Слишком. О том, что установка проверена и готова к использованию — мы отчитались, но это не помогло. Можно предположить, что дядя переживает за Люци, но… он никогда не любил Хэсау так, чтобы настолько переживать. Даже когда Аксель болел, отравившись эликсирами на полигоне, и провел дома две декады, дядя переживал меньше.

— Мастер! — Луций быстро отскочил от меня и рухнул в кресло, умоляюще взмахнув пухлыми ладошками.

— Мастер, я должна знать.

— Если сир Блау не счёл нужным…

— Наставник! — я выдохнула сквозь сжатые зубы. — Дядя вообще ничего не говорит. Никогда. Доверие, Наставник, разве не этому вы меня постоянно учите. Я имею право знать. До-ве-ри-е, — повторила я по слогам.

— Сира Ву…, — Наставник горестно поджал губы и продолжил, упорно глядя в сторону, — Сира Ву сегодня утром казнили… за измену Империи.

— Что? — я рухнула на ближайший стул. — Невозможно…

Луций посмотрел прямо на меня и твердо прикрыл глаза ресницами — правда.

Ещё один кивок в ответ.

— Великий… О, Великий…, — слова, которые рвались с языка просто нельзя произносить в приличном обществе. Фей-Фей! — Официальная формулировка приговора?

— Сотрудничество с мирийцами, вывоз артефактов и алхимических ингредиентов, — Луций устало вздохнул и переплел пальцы на животе.

— Псаков бред! Старейшина Ву и мирийцы! — я уронила голову на руки, с усилием помассировав виски. Всё идет неправильно, старик Ву должен был дожить почти до конца войны, ещё почти пятнадцать зим.