Ритуал (СИ)

Я та, которая помнит будущее и не знает прошлого.

Невозможное — возможно. Вернуться из-за Грани.

Невозможное — возможно. Сдвинуть горы.

Невозможное — возможно. Пройти этот их псаков круг…

Двенадцать Старейшин ударили одновременно. Двенадцать лент взвились в небо и устремились ко мне одновременно — вода, огонь, земля, воздух, иллюзии… ничего сложно, видимо каждый использовал любимую стихию.

Я слушала грохот пульса в ушах, и не отрываясь смотрела на Наставника, ожидая знака.

Бум. Бум. Бум. Кровь бухала барабанами.

Невозможно. Возможно.

Доли мгновения растянулись на вечность, я уже чувствовала свист ветра рядом — огонь и воздух, когда Ликас опустил ресницы и сделал условный жест.

Чувство внутри вспыхнуло ярче звезд и прокатилось огненной волной от макушки до пяток и… всё замерло. Ветер перестал дуть, аларийцы на террасах застыли, и даже Старейшины и те замерли, не моргая.

Наставник остановил время для меня.

Я бежала скачками, огибая волну воды, ныряя под полосы пламени, скользила по каменному основанию, уходя от столкновения.

Ликас сегодня явно не в форме — я уже видела, как начинают дрожать застывшие чары. Устал?

Я почти достигла края круга, когда последняя огненная полоса, которую, я помнила отчетливо, создал Виктим ожила, зашипела и хорошенько приложила меня напоследок, полоснув по лицу наискось — щеку обожгло, и я кубарем выкатилась из круга прямо под ноги одного из стариков.

Глава 143. Да пошел ты!

Виктим мерзко усмехнулся, глядя на меня сверху вниз, и провел пальцем по щеке. Я подняла в ответ средний палец, продемонстрировав жест, который должен понять даже отсталый алариец. И потом с трудом криво улыбнулась нахмурившемуся Наставнику — лицо полыхало.

Ликас молчал, над кругом зависла тишина, и только ветер свистел сверху. Наставник не двигался, но Виктим сделал шаг назад, потом ещё один, попятился… и уже из-за спин Старейшин завопил.

Возмущенные возгласы звучали со всех сторон — старики были по-настоящему в ярости, такой, что казалось, сейчас полыхнёт всё вокруг. Трибуны опустели мгновенно, просто в один миг — раз, и верхние террасы совершенно пусты, и только ветер скандирует сверху, подхватывая слова.

Хакан — молчал, но даже он с явным недовольством поджал губы, сверля племянника взглядом. Седая дама перестала пыхать трубкой, просто забыв про это в суматохе. Единственный, кто явно был в восторге — это Старейшина с юга, в белом бурнусе — он подмигнул мне и отдельно одобрительно отсалютовал Ликасу.

Щеку дергало от боли, я отряхнула руки от камешков и поднялась. Став плечом к плечу к совершенно невозмутимому Наставнику.

— Изгнать! Решим в круге!

— Тише… давайте послушаем, что скажет Хранитель…, — мягко увещевал Хакан, выйдя из ступора.