Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

- Маркиз в его случае - титул учтивости, - не мигая, смотрел он теперь на меня: - Он старший сын и в своё время наследует герцогский титул – ветвь Шабо. Сейчас прибыл сменить наместника в Безансоне. Нынешний доставляет массу неприятностей, полковник всегда возвращается в полк на взводе. Очевидно, к нему прислушались. А маркиз человек военный, не просто придворный вельможа. Воевал… участвовал в войне за «польское наследство». Посмотрим…

- Я что - сильно потопталась на его самолюбии? Сделала что-то не так? – тихо уточнила я.

- Все - не так, Мари. Но это лучше, чем путаться в мелочах. У них в голове должно сложиться все вместе – ваш вид, манера держаться, говорить…

Наверное, нужно было дебиловато-радостно улыбаться… Ну так инструктировал бы подробнее!

- Экзальтированная мадам, дама со странностями, докторша… да что с неё взять-то?! Безобиднейшее существо же! Меня даже из замка выперли. У всех свои… странности. Неуёмная гордость, например, - сжалась я в тревоге и вдруг решилась: - Я согласна на откровенный разговор, Жак, но нам обоим потребуются силы и время. Боюсь, сейчас будет не до этого.

- Вы и правда ждете осложнений у капрала?

- Да… на второй-четвертый день. Или даже раньше.

- Я не рискнул бы сказать такое, - доверительно поделился со мной доктор. Тоже суеверен?

- Так это реалии, - расстроено улыбалась я, - чуда ждать неоткуда, да и глупо…

Через два дня ночью у капрала поднялась температура. Но в пределах - максимум 38. Нити шва врезались в кожу, там выявилось небольшое плотное образование – воспалительный инфильтрат. Горячее наощупь и болезненное.

- Побаливает, голубчик? Не бойтесь, я просто прощупаю живот. Даже не там, где резали, а с другой стороны. Расслабьтесь, – продавила я и резко отпустила брюшную стенку в левом подреберье. Пациент дернулся от так называемой рикошетной боли и взглянул на меня с укоризной. Я бодро улыбнулась:

- Ну, все правильно! Так и должно… А как болит – дергает?

- Как кровь в голове бухает... а хорошо же все было, голубонька, - тихо паниковал мужчина.

- Ну что вы? Я же предупреждала – в один из четырех дней будет небольшое ухудшение. Справимся…

- Это опасно? – заинтересованно уточнял Дешам, когда мы остались наедине.

- В наших условиях все опасно, - шептала я отстраненно, - симптом Блюмберга-Щеткина… может сохраняться несколько дней. Хорошо бы подключить антибиотики, Жак. И как там поживает наша плесень? – откровенно тосковала я, - пошли хоть посмотрим на нее, что ли… родимую? А пока будем надеяться, что рассосется – как в том анекдоте… у большинства пациентов так и бывает. Будем облегчать, сбивать немного жар.