Шутка

А они последнее время сильно изменились. Старикан-то мой долго не протянет. Как монетки его увели, так и заболел, бедняга. Но я разведенной женой быть не хочу. Вот богатой вдовой — это да. Но богатой, ты понял? Поэтому я хочу получить назад мое имущество.

— Тебе и так много достанется, — усмехнулся Тимка. — Квартира, дача, машины. И делиться ни с кем не надо. Я знаю, что было в его завещании. До Людочкиной смерти. Одна треть — дочери. Из-за этого ты так и завелась. Делиться не захотела.

— Конечно. С кем? С этой избалованной девчонкой?

Мила даже закашлялась. Пища не в то горло попала. Она давилась несколько минут, закрыв рот салфеткой. Не дай бог привлечь их внимание! Ай да Варька, ай да мерзавка! Неужели же она хочет папу Сальникова убить?

— И как ты собираешься ему помочь отправиться на тот свет?

— Прежним способом. Вернее, с помощью того же человека.

Возникла пауза, во время которой Миле стало совсем плохо. Неужели?

— Да, милый. Именно ты должен мне помочь.

— Нет, — отрезал он. — Здесь у меня нет никакого интереса. Почему это я должен для тебя каштаны из огня таскать? Нет.

— Тогда сядешь.

— Не верю. Я этого не делал. Вы все с ума посходили.

— Да? А что-то я девочки твоей давно не вижу?

— Марины?

— Ну да. Из-за которой все и началось.

— Она думает, что это я ограбил квартиру ее родителей.

Пауза. Вот оно! Мила распрямилась за низеньким столиком и чуть не рассмеялась. Интересно получается!

— Говорит, что ключи пропали той ночью, когда она осталась у меня.

«Конечно, той!» — ликовала Мила.

— Видишь, милый, как ты попал!

— Но я их не брал! Зачем мне их жалкое имущество?! Как вы все этого не понимаете?!

— А это уже жадность, милый. Патологическая жадность, которая бывает у людей, выросших в нищете.

— Но там же нечего было брать!

— Ты и это знаешь?

— Нет. Ничего я не знаю! А милиция еще говорит, что это неудивительно! Мол, в квартире Марининых родителей вор, видимо, был впервые. В одном из тайников деньги остались. И опять-таки подозрение падает на меня.

— Но как ты можешь это объяснить? — насторожилась вдруг Варька."

"— Никак. Если только это не Марина. Она могла найти и ключи от квартиры Людочкиной подружки. И ваши… Нет, не знаю. Не может этого быть. Я многое ей рассказывал про Людочкину семью, и про тестя, и про его квартиру, и про этот сейф. Но мне-то уж точно не нужна была ваша квартира! Я сам пострадал. Потому что, когда я был у Марины на даче, ограбили и мою квартиру.

— Это я уже слышала, — холодно сказала мачеха.

— И тоже думаешь, что я сделал это нарочно, для отвода глаз? Когда меня стали подозревать?

— А тебе не кажется это странным?

— В соседнем квартале той ночью видели какую-то «Газель»…

Мила тут же покрылась холодным потом.

— …К сожалению, свидетель ни номера не запомнил, ни тех, кто в ней был.