Миссия Шута

Убранство комнаты было выдержано в строгом стиле Горного Королевства. Толстые ароматизированные свечи освещали лишенную окон гостиную. Стол и стулья из светлого дерева оказались самыми простыми, без украшений. На полу и стенах висели гобелены с изображением горных водопадов. Я узнал работу Кетриккен. Впрочем, детали убранства гостиной меня не занимали – посреди комнаты стояла моя королева.

Кетриккен нас ждала. На ней было простое платье, с лифом в синих тонах Оленьего замка и длинной бело-золотой юбкой. Золотые волосы зачесаны назад и удерживались простым серебряным обручем. Руки королевы оставались свободными. Другая женщина принесла бы рукоделие или приготовила угощение, но только не наша королева. Она ждала нас. Однако я не ощутил нетерпения или тревоги. Вероятно, она медитировала, поскольку Кетриккен окружала аура тишины и неподвижности. Наши глаза встретились, и едва заметные морщины в уголках ее рта и возле глаз разгладились, – казалось, годы, которые мы не виделись, вдруг исчезли. И вновь меня поразило мужество, не оставившее Кетриккен, и ее самодисциплина, подобная доспехам.

– О Фитц! – воскликнула она, и в ее голосе я услышал радость и облегчение.

Я низко поклонился и опустился на одно колено:

– Моя королева!

Она шагнула вперед и коснулась моей головы, и ее прикосновение показалось мне благословением.

– Пожалуйста, встань, – попросила она. – Мы слишком многое перенесли вместе, и я не хочу, чтобы ты стоял передо мной на коленях. А еще я не забыла, что раньше ты называл меня Кетриккен.

– Много лет назад, миледи, – напомнил я, вставая.

Она взяла мои руки в свои ладони. Мы были почти одного роста, и ее голубые глаза заглянули в самые глубины моей души.

– Их прошло слишком много, и в этом я виню тебя, Фитц Чивэл. Давным-давно Чейд объяснил мне, что ты выбрал одиночество. Тогда я не стала на тебя обижаться. Ты пожертвовал всем ради долга и пожелал получить в награду одиночество – что ж, я не могла тебе отказать. Но теперь я рада, что ты вернулся, особенно в такое трудное для нас время.

– Если я вам нужен, я рад быть здесь, – почти искренне ответил я.

– Я сожалею, что никто в Оленьем замке не знает, какие жертвы тебе пришлось принести ради их благополучия. Тебя бы следовало встречать как героя. А ты ходишь по замку в обличье слуги. – Кетриккен не спускала с меня пристального взгляда голубых глаз.

Я не сдержал улыбки.

– Возможно, я провел слишком много времени в горах, где все знают о том, что истинный правитель королевства является слугой своего народа.

На мгновение во взгляде Кетриккен промелькнуло удивление. А затем на застывшем лице появилась искренняя улыбка – так солнце выглядывает из-за грозовых туч, – но глаза королевы наполнились слезами.