Шанс для шута

Я решительно отстранилась от теплого и, самое главное, надежного плеча, которое не шаталось.

– Как-то мне совсем плохо… в глазах все плывет, и ноги слабеют.

– Странно. – Меня решительно притянули обратно, еще и коротко рыкнув. – Миямиль, считайте меня забором и перестаньте ерепениться. Забору вовсе не улыбается поднимать вас с мостовой, а потом еще и ушибы лечить.

– Бедный забор, – непонятно почему захихикала я.

– У меня к вам нескромный вопрос, – доверительно прошептал на дернувшееся назад длинное ухо «забор».

– Слушаю, – с опаской кивнула я и все же вновь вцепилась в кожу куртки Мастера. – А очень нескромный?

– Безумно, – серьезно кивнул синеглазый Мастер. – Какой у вас опыт… личных отношений?

– Че-его?!

– С алкоголем, – невинно уточнил мужчина. – Пила раньше что-то крепкое?

– Разбавленное вино на праздниках и после работы с артефактами, – пожала я плечами и, вспомнив формулировку недавнего вопроса, вновь захихикала. – Отношения с алкоголем… а-ха-ха! Эпизоди-и-ические!

– Отлично, – ровным голосом ответил мой спутник, поудобнее располагая одну руку на талии, а второй перехватывая мою ладонь. – Итак, стало быть, мы имеем непривычный организм, который глотнул очень крепкого спиртного, которое, вдобавок, еще и очень быстро действует.

И тут я вспомнила все то, что предшествовало распитию данного напитка.

Перед глазами встала улица, залитая кровью того мужчины, что словно взорвался изнутри, и лежащие тела его преследователей. Глаза наполнились слезами.

– Мастер, а они все… умерли?

– Кто?

– Отряд… S-12, – тихо пробормотала я. – А как же их семьи? Дети, родители?

– Их не оставят, – после долгой паузы со вздохом ответил Хин. – В Малахите заботятся как о своих защитниках, так и об их семьях.

– Это так ужасно. – Я потрясла головой, стараясь выбросить оттуда видения развороченного живота и грудины смертника, а также внушительной дырки в голове. После вспомнились циничные слова моего сопровождающего, что мозги он разве что с камней собрать может, и опять накатила волна дурноты.

Я вновь прижала ко рту ладонь, но, вспомнив, о чем думала недавно, тут же выпрямилась и сказала:

– Мастер, простите за мои реакции! Я просто… ну, не знаю, я обычно не такая слабонервная.

– Вы о чем? – с усталым вздохом спросил Хин.

– О том, что не надо мне доп. нарядов в морге и по вскрытиям… – тоскливо протянула я. – Я хорошо на трупы реагирую! Просто… я еще никогда не видела… настолько свежие.

– Дело не в том, что они сейчас такие. А в том, что вы их недавно живыми видели.

– Да…

А еще воспоминание о том, что если бы преподаватель не вытолкнул меня в тот проулок, то лежать мне сейчас на тех же камнях рядом с остальными мертвецами.

Осознание возможной смерти всегда действует оглушающе.