Золотой шут

– Да, это был один из возможных вариантов, – согласился Чейд. – Но тогда пострадали бы твои отношения с Дьютифулом, даже если бы нам удалось скрыть, что ты мог спасти его друга. Пожалуй, на сегодня достаточно. Возвращайся в постель.

– Нет. Нужно закончить хотя бы эту тему. Что ты сделал со свитками, в которых Дьютифула обвинили во владении Даром?

– Сделал? Ничего, естественно. Мы доказали, что обвинения просто смехотворны. И продемонстрировали всем, что нас совершенно не интересует попавший в тюрьму слуга лорда Голдена. Городская стража задержала убийцу. Пусть он будет справедливо наказан. А обвинения против принца смешны, мы не станем обращать внимание на жалкие попытки бросить тень на его доброе имя. Тем более что у принца еще не зажили глубокие царапины от когтей кошки, принадлежащей его другу. Неужели охотничье животное стало бы нападать на Одаренного? Все знают, что Дар дает власть над животными. Ну и так далее.

Со временем нам удалось доказать, что убитые оказались обычными грабителями, а Дар не имеет ни малейшего отношения к их гибели, не говоря уж о вмешательстве короны. Воров прикончил верный слуга, который защищал собственность своего господина.

– Понятно. Значит, вы оставили меня гнить в тюрьме из-за обвинения в Одаренности. – Я попытался поставить точку в нашем разговоре.

До определенной степени я принял объяснения Чейда, но какая-то часть моей души ненавидела старого убийцу.

Он поморщился, но кивнул.

– Мне очень жаль, Фитц. У нас не было выбора.

– Я знаю. И я сам во всем виноват. – Мне почти удалось избавиться от горечи, на меня вдруг навалилась ужасная усталость, но нужно было задать еще один вопрос. – А Сивил?

– После того как удалось опознать убитых, мне пришлось допросить его. Брезинга все рассказал. Теперь я знаю, что руководило им. Его мать покончила с собой, Фитц. Она прислала сыну письмо, в котором просила у него прощения. И еще написала, что так больше продолжаться не может. Ей пришлось заплатить слишком высокую цену за собственную безопасность. К тому же ее продолжали подвергать оскорблениям.

К горлу подступил ком.

– Значит, Сивил хотел, чтобы его убили."

"– Его мать умерла. Наверное, он собирался их убить и был готов погибнуть, но не знал, с чего начать. Его голова забита глупостями о честных поединках и вызовах на дуэль. Лодвайн не дал бы ему ни единого шанса.

– И что теперь с Сивилом?

Чейд вздохнул.

– Ситуация непростая. Дьютифул настоял, что должен присутствовать на его допросе. Теперь Сивил душой и телом принадлежит принцу, который защищал его передо мной. Что ж, если ему должен служить Одаренный, мы можем не сомневаться в верности Сивила. Дьютифул убежден, что семья Брезинга действовала под жестоким давлением. Даже я почти поверил Сивилу.