Золотой шут

 – Он вздохнул и откинулся на спинку кресла, потирая переносицу. – Да, кстати… – пробормотал он несколько мгновений спустя.

Из складок своего одеяния Чейд вынул фигурку, найденную принцем на пляже. Маленькая изящная фигурка на тонкой цепочке. Гладкие черные волосы украшает голубой узор.

– Я нашел ее в углу, среди кучи тряпок. Твоя?

– Нет. Но куча тряпок, скорее всего, моя рабочая одежда. Фигурка принадлежит принцу. – Чейд нахмурился и вопросительно посмотрел на меня, и я добавил: – Помнишь, я рассказывал, как мы попали на диковинный берег? Дьютифул нашел ее там, а я положил в свою сумку. Нужно отдать принцу.

Чейд хмуро посмотрел на меня:

– Дьютифул почти ничего не рассказал мне о путешествии через монолиты Силы и о том, что вы делали на берегу. И не упоминал о фигурке.

– Он не пытался обмануть тебя. Даже для человека, давно владеющего Силой, путешествие через камни не проходит даром. Я заставил его воспользоваться монолитом без предупреждения; он не понимал, что с ним происходит. Более того, мы трижды подряд прошли сквозь камень Силы. Стоит ли удивляться, что Дьютифул почти ничего не помнит. Еще хорошо, что он сохранил разум, – большинству юных учеников, работавших на Регала, повезло гораздо меньше.

Чейд покачал головой.

– Понятно. А человек, плохо владеющий Силой, не может самостоятельно пройти сквозь монолит?

– Не знаю. Первый раз я воспользовался камнем случайно. А потом, сидя на обочине дороги Элдерлингов, целый день не мог прийти в себя… Чейд, о чем ты думаешь?

Выражение его лица сразу же стало подозрительно невинным.

– Чейд, держись подальше от монолитов. Они опасны. Быть может, особенно опасны для тебя, поскольку ты обладаешь лишь зачатками Силы.

– А чего ты боишься? – спокойно спросил он. – Что у меня может обнаружиться Сила? И если бы меня учили в детстве, сейчас я бы владел ею?

– Весьма возможно, так оно и было бы. Но я боюсь, что ты прочтешь какой-нибудь пыльный манускрипт и рискнешь собой сейчас, когда Шесть Герцогств нуждаются в тебе больше всего.

Чейд мрачно фыркнул и поставил фигурку на каминную полку.

– Кстати, ты мне напомнил: королева просила передать тебе это. – Он взял небольшой свиток с каминной полки и вручил мне.

Я сразу же узнал прямой почерк Кетриккен. Она так и не научилась завитушкам, принятым в Шести Герцогствах. На пергаменте были тщательно изображены двенадцать рун, рядом с каждой из них она написала по слову:

«Гавань, берег, ледник, пещера, гора, дом, охотник, воин, рыбак, единая мать, кузнец, ткач».

– Это из игры, в которую она играла с Пиоттром. Я понимаю, почему она хочет, чтобы ты изучил список. А ты сообразил?

Я кивнул.

– Присланные ею руны напоминают те, что начертаны на монолитах Силы. Они не совпадают, но явно принадлежат к одной системе письма.