Шут и слово короля

Вам ведь хорошо вместе, раз ты так за него держишься?

— Мне не нравится, как от него пахнет, — вдруг выпалила Аллиель и опустила голову.

— Не моется?.. — после паузы осторожно уточнила Милда.

— Нет, не в том дело. Все равно запах, такой тонкий, слабый… Ниала вот ничего не чувствовала.

— Ну, не знаю, — Милда слезла с кровати, прошлась по комнате туда-обратно, — может, и привыкнешь. Нет, конечно, лучше, чтобы жених был хотя бы не противен. Ты уж сама думай, подруга, времени у тебя было немало… да и есть пока!

— Какие шутки? Ты сидела сколько-то лет в своем монастыре и знала, что это кончится, ты на волю выйдешь. А замуж — это навсегда, так ведь? Никогда не кончится. Разве ты сможешь развестись?

Аллиель помотала головой.

— А вот представь. Если, ну скажем, запереть тебя в подвале, мокром, холодном, темном… с крысами. А ты знаешь хоть, что такое крысы? — Милда подозрительно посмотрела на нее.

— Знаю! Их полно было в монастырском подвале!

— Да? Ну надо же. Значит, вот, запереть тебя в таком подвале с женихом? На всю ночь? Представила?

— А если с моим братом?

— С крысами и барон справится, — пожала плечами Аллиель. — Да и я, думаешь, боюсь крыс?

— Но сидеть в подвале до утра лучше с Эдином. Ты зачем меня дразнишь? — Аллиель наконец-то улыбнулась по-настоящему. — Он рассказывал тебе, как мы прошли по подземелью аж до соседнего замка? Здорово было…

— Ага. Рассказывал. Ты просто привидений не разглядела.

Они даже не заметили, как в комнате появилась она из придворных дам.

— Королева беспокоится о вас, леди Аллиель. Вы заболели? — дама недовольно поджала тонкие губы, — о таком следует докладывать! Ее величество собирается на речную прогулку и желала бы вас там видеть.

— О, да, да! — Аллиель страшно смутилась, — я сейчас, — похоже, некоторых дам ее величества она опасалась больше крыс из подвала.

— Леди Лаленси, не уходите, — попросила она, пояснив заодно, — леди Нер, это леди Лаленси, моя кузина.

Дама сухо кивнула и удалилась.

— Поможешь мне быстро одеться? — Аллиель метнулась в гадеробную, — это ничего, что я тебя прошу об этом?

— А что в этом может быть плохого? — не поняла Милда.

Цирковые женщины всегда помогали друг дружке с костюмами.

— Если горничную позвать, то поговорить не выйдет, — пояснила Аллиель, — я так рада, что ты пришла. Спасибо тебе!

— Да пожалуйста. Мне ведь столько пакостей тебе наговорить хотелось, и малой доли не сказала! А это ничего, что ты меня кузиной назвала?

— Но это же правда, мы кузины, троюродные. Твой отец с моим всю жизнь дружил к тому же, помимо того, что родственники.

— Надо же. Родни у меня все больше с каждым часом!

— Ага.