Штурмовик-3. На абордаж!

Несколько младших офицеров и четыре десятка отчаянных рубак-абордажников стояли возле борта, сжимая оружие. Кто-то пошутил, что трусливые пиратские крысы даже не хотят принимать бой, а прыгают за борт, спасаясь от рубящих плоть палашей."

"Мичману это показалось странным. Он еще только обдумывал, почему на пиратском судне так мало моряков, и почему все они стали разом прыгать в воду, не принимая боя, как только «Бегущая лань» с тягучим завыванием, идущим из нутра корвета, нависла над мачтами противника, ломая их в щепку. А дальше перед глазами вспух яркий оранжево- багровый шар. Словно гигантский кулак со всего размаха врезал по кораблю ниже ватерлинии. Палуба встала дыбом и начала опрокидываться. Клэд в ужасе схватился за леера, осознавая, насколько ничтожны его потуги спастись. Многие с воплями заскользили по доскам и улетели в воду, при этом ломая себе кости о различные палубные надстройки. Кто-то успел, как и мичман Фальтус, обезопасить себя от падения, но это не меняло дела. Корвет опрокидывался невероятно медленно, а оглохший молодой офицер с ужасом услышал пробивающиеся сквозь вату в ушах пронзительное завывание гравитонов, утративших связь с кораблем.

«Конец!» — мысль суматошной птицей мелькнула в голове, а дальше Клэд действовал как во сне, когда хотел вырваться из кошмаров. Просто отталкивался от поверхности и летел вниз. И просыпался с дико бьющимся сердцем.

Упершись ногами в борт, мичман сделал то же самое, только наяву, с ужасом разжав руки от единственной мысли, колотящейся в виски: это смерть.

Кренящийся корвет еще только раздумывал, падать ему вниз или остаться в таком состоянии в воздухе (те, кто наблюдал эту картину с борта «Хваткого», были в ужасе от болтающейся между небом и водой массивной туши «Лани»), когда раздался оглушающий взрыв. Он разметал на много миль вокруг обшивку корабля, людей, пушки и боеприпасы, частично разрушив парусную оснастку «Ленивца» и убегающей от него пиратской шхуны. Грохот взрыва донесся даже до «Короля Аральда».

Капитанский мостик флагмана застыл от ужаса и горя. Щелкнули кольца складываемой подзорной трубы. Адмирал Адерхад с бесстрастным лицом несколько секунд смотрел на поднимающиеся вверх клубы черно-желтого дыма, постепенно развеивающиеся по ветру, передал трубу своему первому помощнику и повернулся к офицерам, столпившимся за его спиной.

— Приказ «Ленивцу» и «Хваткому» возвращаться в строй! — жестко сказал он. — По всей эскадре объявить: спустить флаги и продолжить движение!

— Но, мой адмирал, — вперед выступил его второй помощник Унгол в щегольском морском черно-белом кителе с золотыми лилиями на обшлагах.