Штурмовик-3. На абордаж!

Не строй из себя героя. Жестокость и безрассудство не дают преимущества в поединке. Победит тот, кто более хладнокровен и быстр.

— Так что решаем, уважаемые фрайманы? — Эскобето усмехнулся, прочувствовал перелом в нашем коротком противостоянии. — Разбегаемся или героически гибнем в бою за Керми?

Вопрос был поставлен таким образом, что противники бегства автоматически становились смертниками, и оставались на архипелаге, дожидаясь дарсийский флот. Против не оказалось никого.

— Прекрасно, с этим определились, — Эскобето оживился. — Теперь проголосуем за план Игната.

В этот раз за меня были четверо. Гасила выразил недоверие, и к нему, слегка поколебавшись, присоединился Зубастик. Что ж, именно такой расклад я и ожидал. Эскобето, Кот и Китолов пусть и были людьми жестокими и циничными, но в уме им не откажешь. Я предлагал отступить, чтобы вернуться через какое-то время обратно уже победителями. Они выбрали правильную дорогу.

Зубастик и Гасила, если не одумаются, закончат жизнь на виселице или в какой-нибудь грязной таверне малообитаемых островов. Впрочем, уговаривать их я не собирался. Мне важна легитимизация своего плана. И я ее добился.

Мы покинули душную каюту Дикого Кота и высыпали на палубу. Солнце уже скрылось за горизонтом, и вечерние сумерки легли густыми мазками на поверхность залива, где расположились корабли флотилии Кота и наши флагманы. Вдоль берега цепочкой зажглись фонари. Местная стража на причалах бдит. Свободные от вахты пираты сейчас находятся на берегу в обнимку с бутылкой или с какой-нибудь девицей. Оглядываюсь по сторонам, нахожу «Тиру». Там сейчас хозяйничает Паскаль под присмотром дона Ансело и двух десятков штурмовиков. Честно, нет доверия к подшкиперу. Вроде бы исполнителен, старательно выдерживает дистанцию, не старается показать себя до тошноты верным. Но в душе у меня кошки скребут, когда Паскаль остается вместо меня на борту.

Нет здесь верных людей, кроме тех, кто пришел со мной на архипелаг. С ними я и уйду. В моей флотилии осталось пять кораблей. Из верных шкиперов остался только Эктор Рыжая Борода. Харсли погиб. Впрочем, среди моих оппонентов тоже потери: вместе со своим «Дельфином» утонул Джейрис Прохвост, тяжело ранен Линди Малыш. И тем не менее, я должен поговорить с Паскалем. Есть одна идейка.

Я нашел моих гребцов, о чем-то оживленно разговаривавших с парнями Дикого Кота. Свистнул их, подзывая, и показал, что пора возвращаться. По штормтрапу спустились в шлюпку. К вечеру волна усилилась, и нам пришлось изрядно потрудиться, чтобы добраться до «Тиры».

На палубе меня встретил Михель. Его доклад был кратким. Все в порядке, никто не делал попыток бузить или захватывать флагман. Я попросил его позвать Паскаля в мою каюту.