Штурмовик-3. На абордаж!

— Ну ты и проныра, Иврин, — я покачал пальцем перед носом довольно осклабившегося мужика. — Считай, этого разговора не было. Но я своего слова не сказал.

— Буду ждать, — Иврин облегченно вздохнул, словно спинным мозгом почувствовав мое внутреннее согласие помочь ему.

Бриар опять дрых. Правда, без винного перегара. Заросший жесткой седоватой щетиной художник в неопрятной засаленной одежде и в драных башмаках завалился на кровать. Из полуоткрытого рта вырывалось похрапывание, а пальцы, измазанные краской, подрагивали во сне.

Я подошел к нарисованным картинам и снова полюбовался пейзажами. С последнего визита художник создал только одно полотно. Передо мной развернулась морская баталия с нависающими над водой кораблями. Горящие надстройки, пороховой дым, окутавший борта, падающие вниз люди. И мелькнувший в разрыве между облаками и пожарищами черно-зеленый штандарт."

"— Болван, — не сдержался я. — Этот уникум предвидит будущее, что ли, дьявол его забери!

— Есть такой грешок, — прокашлялся за моей спиной проснувшийся Бриар. — Как будто кто-то нашептывает мне сюжет картины, а когда сплю — яркие образы всплывают перед глазами.

— Лучше уничтожьте эту картину, старина, — попросил я. — А то однажды ее увидят люди, с которыми лучше не сталкиваться. Подведете и себя, и меня.

— Купите, командор, и тогда она все время будет с вами.

— Вообще-то я пришел за другим заказом, — напомнил Бриару.

— Да, конечно! Все уже готово.

Шоркая по полу растоптанными ботинками, он пересек комнату и подошел к шкафу. Распахнул его и чуть ли не с головой погрузился в его недра. Было забавно наблюдать, как он задом пытается выползти обратно. Наконец, художник, покряхтывая, поднялся с колен и с торжественным видом развернул черно-зеленое полотнище, которое полностью закрыло его.

— Прекрасная работа, дружище, — признался я, глядя на подбоченившуюся красотку с лицом Тиры. Все детали, которые я хотел увидеть на флаге, были прорисовано с особой тщательностью. — Вы заслужили свою награду.

Бриар с отрешенным видом смотрел на столбик из четырех золотых монет, которые я выложил из своего кошеля. Потом аккуратно сложил полотнище в несколько раз и подал мне.

— Здесь гораздо больше, чем мы договаривались, — кивнул он на монеты.

— Считайте, что я купил еще и картину, — пришлось слегка приврать. Знаю я таких людей. Излишняя гордость, щепетильность в вопросе оплаты или еще черт знает какая хрень, присущая творческим натурам всегда меня удивляла. Ну, дают тебе чуть больше за проделанную работу — зачем кривляться? Возьми и не греши. Сам в обносках ходит, а рожу воротит.

— Тогда все правильно, — художник тут же смел деньги со стола и зажал в ладони.

— У меня просьба, — я положил свернутый штандарт за пазуху.