Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»

Это что, новые самолеты Сталина, герр майор?

– Что вы наблюдали еще? – пропуская мимо ушей неприятный вопрос унтера, спросил Радовский и покосился на Шмитхубера.

– Что еще? – Бальк нахмурил лоб и вспомнил: – Назад пролетел только один, герр майор! Другого русского нигде не было.

– Вы хотите сказать, что во время воздушного боя один из советских истребителей был сбит?

– Нет, герр майор, во время воздушного боя были сбиты два наших истребителя. Один из них упал близ опорного пункта. А русский истребитель, по всей вероятности, был сбит где-то над аэродромом. Если вообще был сбит. Мы его не видели. На восток ушел один. Это мы наблюдали совершенно точно. Мы решили, что второй русский вернулся параллельным курсом. А теперь я понимаю, что он был все же сбит. Этого, герр майор, мы не наблюдали.

Лейтенант Шмитхубер все это время молча слушал их беседу. Когда же подъехали к обгорелому остову самолета, тут же поинтересовался, куда увезли тело пилота.

– В Омельяновичи, – ответил Бальк.

– Там есть солдатское кладбище?

– Да. И офицерское тоже.

Самолет выгорел почти целиком. Обломки обшивки, куски дюраля валялись повсюду. Похоже, специалисты из Люфтваффе здесь уже поработали. Несмотря на повреждения, причиненные пожаром и взрывом бензобака в момент соприкосновения с землей, следы попаданий 20-мм снарядов скорострельной пушки советского истребителя были отчетливо видны на фюзеляже и левой плоскости. Часть плоскости вовсе отсутствовала. Стабилизатор и хвостовой руль высоты были буквально обрублены плотным залпом. Широкие пробоины зияли возле фонаря пилота и по всей длине машины до самого капота. Попадание, надо отдать должное советскому пилоту, было таким, после которого выжить «мессершмитт» уже просто не мог. Трасса, видимо, прошла и по фонарю пилота. Часть дюралевых стоек каркаса буквально срезало.

Лейтенант Шмитхубер сделал знак рукой своим людям. Инженер тут же вытащил из футляра фотоаппарат и сделал несколько снимков. Снимал инженер в основном фрагменты, где хорошо просматривались результат попаданий 20-мм снарядов.

Радовский взял повод из рук Лещенко, ловко, как двадцать лет назад, вскочил в седло и подумал о следующем. Шмитхубер, видимо, сам того не заметив, однажды обмолвился, что из Варшавы вылетела группа в пятнадцать человек. А с ними сейчас идут пятеро: радист, авиамеханик, он же инженер, снайпер, сапер и сам Шмитхубер. А если лейтенант не оговорился и спецрейсом из Варшавы вчера прибыли действительно пятнадцать человек? Следовательно, те десять из них, которых здесь нет, тоже не сидят сейчас сложа руки. Значит, рядом с ними работает другая группа. Вот для чего Шмитхуберу необходимо постоянно держать в курсе событий подполковника Брукманна.