Имя шторма

– Значит, из костей хёгга получается пепел?

– Лишь из костей Вёльхона. Другие подобной силой не обладают. Хёгги живут очень долго, а умирают далеко от людских глаз, Мира. В недрах скал, становясь их частью. В морских глубинах. В ледниках на неприступных вершинах. Иногда люди все же находят их кости. Но я никогда не слышал, чтобы из них делали пепел. И за это нас тоже накажут Перворожденные.

Прищурившись, он посмотрел на скалы, и мне почудилось, что Шторм видит скелет даже без увеличительного стекла. Возможно, так оно и было.

– Но почему? Почему эти кости так действуют?

Шторм сжал зубы, и его лицо стало холодным и отстранённым. Все так же глядя на скалы, он сказал:

– Из-за Владыки Скорби. Из-за того, что он сделал.

На узкий парапет балкона бесшумно опустился уже знакомый беркут с пробитой грудкой. Склонил голову, рассматривая нас. Я сжала кулаки, не разрешая себе пугаться. В конце концов, это всего лишь дохлая птица! Я снова повернулась в сторону скал. И вдруг меня осенило.

– Постой… Но если там лежит огромный скелет, то зачем мы ищем здесь? Сюда вода приносит лишь жалкие крохи! Надо подняться наверх! И взять столько, сколько нужно, чтобы заплатить долг! Мы можем пойти туда прямо сейчас…

– Забудь об этом, – неожиданно громко рявкнул Шторм. Дохлый беркут заполошно ударил дырявыми крыльями и грязным кулем свалился с парапета. А ильх схватил меня за руку и потянул обратно в купальни.

– Да стой ты! – от возбуждения я сама дернула его за руку. – Шторм, ну послушай! Мы должны пойти туда, слышишь?

– И думать не смей! – Он впихнул меня в бассейн. – Я показал тебе правду, чтобы ты поняла. Но ты ничего не поняла!

– Там нет воды! – забыв о запрете на громкие звуки, разъярился ильх. – И добраться туда невозможно. Думаешь, никто не пытался? Пытались. Не вернулся ни один.

– Там есть лестница!

Я обернулась на скалы. Пещера выглядела темным безжизненным пятном, лестница сверкала на солнце и казалась совершенно безопасной.

– Там никого нет! Наверное, во всем городе только и остались, что дохлый беркут и еще более дохлый волк! Слушай, мы легко с ними справимся!

Прищурившись, Шторм осмотрел пустой город. Серая зелень, малахитовое безмолвие. Ни движения, ни звука. Даже ветер затих.

– Видишь, там никого нет!

– И это странно, лильган.

– Может, у них закончился срок годности? Ну то есть… их время вышло, и твари… самоустранились!

– Ты прогнал живого дикого медведя, что тебе какая-то дырявая тварь! Мы должны…

– Довольно, – оборвал Шторм. – Мы туда не пойдем. Мы останемся здесь, на воде. Возможно, найдем эту проклятую кость и вернемся на берег. И это единственный способ выжить.

Ильх замер, потом медленно повернулся ко мне. О его ледяной взгляд можно было порезаться. Недобрая усмешка коснулась губ ильха.