Ониксовый шторм

Аарик успел подхватить голову Гаррика прежде, чем она коснулась столешницы.

Аарик с широко раскрытыми глазами покосился на Ксейдена:

– Он не дышит!

Глава 36

Испытание для тех, кто хочет остаться на Гедотисе, напоминает мне вступительный экзамен в квадрант писцов. Но если наш тест призван выяснить, сколько знаний наш потенциальный кадет уже успел впитать, то их испытание призвано доказать, сколького испытуемый еще не знает.

Капитан Эшер Сорренгейл. Гедотис: остров Гедеона

По каменному полу скрипнули стулья: я, Мира и Кэт вскочили на ноги.

«Живо сюда», – прокричала я по своей связи.

Паника сжала мне сердце острыми когтями.

«Уже в пути», – ответил Тэйрн.

«Как там Шрадх?»

«Он в ярости, но, насколько я могу судить, не страдает от потери всадника».

«Он только что спалил часть леса», – добавила Андарна.

– Риорсон, он не… – начал было Аарик.

– Я услышал тебя и в первый раз.

Ксейден подхватил Гаррика под мышки, стащил со стула, уложил на пол и встал на колени рядом с ним.

– Что ты туда положил? – спросила я Фариса, обходя стол.

Его улыбка сменилась с игривой на жестокую, но он ничего не ответил."

"– Приведи Трегера! – рявкнула кому-то Мира.

За моей спиной открылась и закрылась дверь. Ксейден прижал ухо к груди Гаррика:

– Слабо, но бьется.

– Нужно, чтобы он дышал, – начал Аарик. – Он весь синий.

– Я это прекрасно вижу. – Ксейден зажал нос Гаррика рукой и начал делать ему искусственное дыхание.

Грудь Гаррика поднялась.

Я развернулась на каблуках. Талия смотрела на Гаррика полными ужаса глазами.

– Что было в торте? – спросила я.

Талия вздрогнула:

– Ничего. – Нахмурившись, она посмотрела на кусок Гаррика, затем потянулась к своей тарелке. – Это просто…

– Не для тебя, моя дорогая. – Фарис выхватил из ее рук тарелку, затем нахмурился и потер ладонью живот.

– Что ты сделал? – Талия так быстро вскочила на ноги, что ее стул упал, чиркнув спинкой по кристально чистой поверхности стены.

– Я испытал их, как ты и просила, – ответил он с любящей улыбкой. – Здесь, в уединении нашего дома, где они чувствовали себя в безопасности.

Наири и Рослин отодвинули тарелки, обменявшись раздраженными взглядами. Мира нависла над ними, готовая ударить.

– Ты отравил моего сына?! – взвизгнула Талия.

– Твой сын был достаточно мудр, чтобы не есть это, – возразил Фарис. – Наш остров может быть безжалостным. Ты должна гордиться, а не злиться.

Я схватила то, что осталось от Гаррикова куска, и поднесла к носу. Пахло шоколадом, сахаром, и, пожалуй, была нотка ванили, но… Вот оно! Сделав глубокий вдох, я уловила что-то тошнотворно сладкое. Словно фрукты, слишком долго пролежавшие на солнце.

– Его пульс продолжает замедляться, – произнес Аарик.