Ониксовый шторм

От одной мысли о том, чтобы действительно быть с ним всегда, грудь заныла от томления, которому не место на поле боя.

– Когда мы не рискуем жизнью…

– А мы всегда рискуем жизнью. – Он погладил большим пальцем мой.

– Это правда, – признала я.

Мы прошли по каменным плитам пола в столовую дворца.

В открытом зале в два ряда стояло восемь круглых столов, покрытых искусно расшитыми скатертями. Сервизы были вычурные: золотые приборы, хрустальные кубки и чаши. За каждым столом на стульях без спинок сидело по десять разодетых в легкие рубахи и платья пастельных цветов деверелльцев. В мягком голубом свете, исходящем из центра каждого стола, поблескивали украшения, а сферы на шестах, окружавшие все восемь столов, озаряли ряды вооруженной гвардии.

В конце открытого зала высился помост с тремя столами, составленными в виде буквы П. Крылья стола были рассчитаны на двух человек справа и двух слева, а во главе восседал, как я поняла, король Деверелли. Он покручивал в руках инкрустированный драгоценными камнями кинжал и глядел на Холанда, сидевшего в правом конце, с таким видом, будто еще не решил, всадить этот кинжал в него или нет.

Капитана Уиншир я не увидела, а у Текаруса было такое лицо, будто он согласен оказаться где угодно, лишь бы не здесь, между Кортлином и Холандом.

– Блядь, – пробормотал Ксейден.

– А он… моложе, чем я думала, – сказала я о короле.

Причем эдак лет на сорок моложе. Кортлин выглядел всего на пару лет старше меня и Ксейдена. Он был красив: золотисто-коричневая кожа, высокие скулы и волевой подбородок, умные карие глаза и черные волосы до плеч, но вот то, как быстро он заметил меня с Ксейденом и окинул взглядом сверху донизу, оставляло неприятное ощущение.

Ксейден сжал мою руку и наклонился, коснувшись губами уха:

– Эти тени не мои. Я знаю, как ты владеешь кинжалами. И не хочу обесценивать твои способности постоять за себя, но ради моего спокойствия: можешь побыть со мной, пока я пытаюсь вытащить Холанда из того, во что он влез?

Я кивнула. Как иначе? Он же не просил прятаться за его широкой спиной или остаться с Тэйрном. Только держаться поближе.

И, если честно, я и сама не хотела быть где-то еще.

Ксейден снова сжал мою ладонь, потом отпустил, дав нам обоим свободу на случай, если придется пробиваться с боем, – и мы двинулись вперед по знаку Голубого Пояса, явно недовольного тем, как долго мы тянем.

Выслушав шепот Текаруса, король Кортлин отпустил мановением руки пару, сидевшую слева от него, и слуги поспешили заменить приборы и посуду.

– Они не пожимают руки, – говорила я Ксейдену тихо, пока мы шли по проходу. – Не тратят слова и говорят без обиняков. Говорят двусмысленно, только когда для них это удобно. Ценят статус, богатство, знания и секреты – все, что можно обменять.