Штамп на сердце женщины-вамп

Вещи должны быть известных брендов. И Катю голой в гости не поведешь. Добавь сюда прическу, макияж, маникюр. Выход в свет – дорогое удовольствие. У Федоровой водились деньги. Где она их брала?

– У Вики постоянно менялись богатые любовники, это информация из прессы, – пояснил Кузя. – Романы долго не длились. Федорова – это сильно наперченное блюдо с чесноком, горчицей и хреном. Сначала острый вкус мужику нравится, потом надоедает, его начинает тянуть на сладкое. Интересный момент. Лет пять назад мадам перестала появляться на публике с ровесниками или теми, кто ее старше. Кавалерами дамочки стали юные красавчики.

– Вика из разряда сочного персика перешла в категорию сухофруктов, – сказал Сеня, который слушал нашу беседу по громкой связи. – Она перестала интересовать богатых сорокалетних мужиков. Юная девушка, лихо пляшущая на столе или скандалящая с кем-то из гостей, вызывает снисходительную усмешку, ну ничего, молодая очень, повзрослеет, остепенится. Но когда то же самое проделывает баба, которой давно не тридцать, делается противно. А Вика с возрастом не менялась, продолжала вести себя так, словно ей шестнадцать. Толстосумы не желали теперь иметь с ней дела. Приходить одной на вечеринки означает признать себя неликвидом большого секса. Поэтому Вика стала нанимать эскорт-сопровождение. Говорила всем, что приехала вместе со своим другом, начинающим актером, журналистом. Но я проверил: все ее кавалеры из фирмы «Роко». На сайте есть их снимки и расценки. Четыре года назад Федорова стала банкротом. Машина взята в кредит, дом заложен, на счетах пусто. И вдруг! Чудесная метаморфоза. Спустя несколько месяцев Федорова платит по закладной, отдает долг за автомобиль, ее кредитки снова потолстели. Где-то нарыла деньжат и получала их до самой смерти, более в финансовую яму она не падала.

– Богатый любовник? – предположила я.

Кузя издал смешок.

– Вспомни, как Катя ловко пользовалась отмычкой. И вот тебе информация к размышлению. Десятое февраля прошлого года. Модный художник Галозин празднует в своем доме день рождения. Одиннадцатого он жалуется газете «Болтун»:

– Меня обокрали. Из спальни унесли складень с иконами, он датирован тринадцатым веком. Кто упер иконы, предположить не могу, были только свои, сто человек, дверь в комнату я запер.

Вика и Катя присутствовали на вечеринке. В тот раз Федорова затеяла драку с женой писателя Подова, об этом с восторгом писали папарацци.

Шестнадцатое марта. Свадьба дочери нефтяного магната Зурина. Присутствует полторы тыщи народа, все происходит в замке отца невесты в Англии. Вика и Катя тоже там. Мамаша устраивает дебош, отвешивает оплеуху академику Варнакину, который залез ей под блузку.