Нарисованные шрамы

Он похож на человека из высшего руководства банка, а не на преступника. Когда я выхожу из магазина, он оценивает меня поверх очков и качает головой. Вероятно, считает меня недотепой. Как будто мне есть до этого дело.

— Пойдемте. — Он показывает головой в сторону лифта. — Они ждут вас на примерке.

— Кто это «они»?

— Сотрудники бутика.

— Какого бутика? — спрашиваю я, входя в лифт.

— Роман сказал, что самого дорогого. Я не обратил внимания на название.

— Я экономлю.

— Роман платит.

Я открываю рот, чтобы сказать «нет», но потом задумываюсь. Парень шантажом заставил меня выбрать между жизнью отца и браком. Пусть заплатить за платье.

Полтора часа спустя я выхожу из бутика с огромным пакетом, в котором лежит мое новое, профессионально укороченное платье, и еще двумя коробками, в которых лежат туфли на шпильках и сумочка-клатч. Интересно, что подумает мой будущий муж о моем платье? Одно можно сказать наверняка: ему оно не понравится, когда он увидит чек.

Она опаздывает.

Я возвращаюсь к разговору за столом, изо всех сил стараясь притвориться заинтересованным. Я никогда не был поклонником больших вечеринок. Фальшивые люди с липовыми улыбками, притворяющиеся, что они очень рады тебя видеть, в то время как втайне желают твоей смерти. Я оглядываю стол и думаю, кто из них установил бомбу, которая разрушила мою жизнь. Это были не итальянцы. В этом я уверен. Устройство подложили под мою машину, и если бы это были итальянцы, они бы заминировали весь склад. Мне повезло, что ублюдок на радостях нажал на кнопку пульта за несколько секунд до того, как я оказался внутри. Только несколько человек знали мое расписание на тот день, и некоторые из них сидят за этим столом.

Я потянулся к бутылке виски, чтобы наполнить свой стакан, когда мой дядя издал свист, как нецивилизованная свинья, которой он и является, и показал сигарой в сторону входа.

— Отличная задница, — комментирует он."

"Я прослеживаю за его взглядом, и замечаю женщину в длинном изумрудно-зеленом платье. Черные вышитые украшения подчеркивают декольте и ее маленькую талию, а затем струятся по краям высокого разреза, обнажая стройную ногу. Я поднимаю взгляд вдоль разреза вверх, пока не останавливаюсь на ее лице, и почти не узнаю ее. Она сняла пирсинг в носу. Волосы тоже уложила по-другому, собрала их на макушке в сложный узел. Я с трудом верю, что это та самая женщина, которую встретил несколькими днями ранее. Мужчины за столом бормочут между собой, и мне хочется, чтобы они замолчали, чтобы я мог спокойно наслаждаться видом.

— Это жена Сэмуэля? — спрашивает кто-то.

— Да.

— А кто такой этот Сэмюэль?

— Он занимается покупкой недвижимости для Михаила. Наверное, это его дочь.

— Ну, я бы не отказался потрудиться над одну ночь.