Шпион федерального значения

— Ах ты, падла! — тихо выругался кто-то, вытягивая из подсумка «эргэдэшку».

Дернул чеку и швырнул гранату в подвал, быстро откатившись в сторону. Через несколько мгновений ухнул взрыв, пол вздрогнул и из люка повалил дым. Для верности в подвал закатили еще гранату и лишь потом сунулись туда сами.

Внизу лежал искромсанный осколками мертвый «дух», который только что завалил двух их товарищей.

Такая вот дурацкая получилась мародерка.

Подхватив своих убитых, бойцы выскочили из дома.

Мертвецов с ходу забросили в «бэшку», сами запрыгнули на броню. И, уже отъезжая, услышали, как сзади истошно закричали женщины.

Черт, они ведь всё видели!.. Лиц, конечно, нет, но они могут опознать их по голосам. Что же делать?..

Решение пришло ко всем одновременно. И одно и тоже!

— Стой! — заколотили в броню прикладами. — Поворачивай!

«Бэшка» развернулась и понеслась обратно, заныривая в облаках поднятой ею минуту назад пыли. Перед домом остановились. Бойцы попрыгали с брони, выдернули из подсумков гранаты и побросали их в окна.

Один за другим грохнули взрывы, слившись в один. Во все стороны брызнули осколки стекла и щепа рам. Послышались громкие, которые туг же осеклись, крики. Ну всё, вряд ли кто-нибудь там выжил!

— Поехали, поехали!..

По дороге лихорадочно соображали, как оправдаться перед начальством. Не придумали ничего лучшего, как сказать, что на них напали «духи», которых они преследовали до той самой деревни, где загнали в один из домов, при штурме которого потеряли двух бойцов.

Кто станет вникать, где и при каких обстоятельствах были убиты солдаты? Важно, что убиты, и убиты «чехами». А за чеченскую семью с них никто не спросит, те погибли случайно и по вине боевиков, которые нашли приют в их доме…

Бойцам поверили. Или сделали вид, что поверили, потому что они были свои, а «чехи» чужие. Поднятые в ружье подразделения прибыли на место, взяв населенку в кольцо и проведя повальную зачистку.

Чеченцев выгоняли прикладами на улицу, обыскивали их дома, переворачивая все вверх дном, избивая тех, кто пытался протестовать.

Поблажки никому не делали. Бойцы были злы и на этот раз действовали особенно жестко. Потому что считали, что дело их правое и святое, ведь они не просто зачищали, а мстили «духам» за гибель своих товарищей!..

На войне все всем мстят. Эти — тем, те — этим. И все за одно и то же — за страдания и гибель близких им людей.

Месть очень сильное чувство, даже более сильное, чем чувство страха! Месть способна вытащить людей из окопа под пулеметные очереди, и бросить в штыковую атаку. На смерть. Чувство долга — тоже, но чувство долга, равно как патриотизм и любовь к Родине, более абстрактно и поэтому там, на передовых, подменяется более простым, понятным и универсальным — чувством мести.

Да и какой, к ляху, долг?.. Кого?.