Шпион федерального значения

Конечно, это противозаконно и начальством не приветствуется… Но как иначе в стране, где введен мораторий на смертную казнь, наказать преступника, на совести которого десятки жертв?

И как — не наказать?!

Вот и приходится террористам скоропостижно помирать во цвете лет от непонятных болячек в горных схронах и в тюрьмах, где они отбывают наказания. И все — все, что бы потом ни заявляли прокуроры, прекрасно понимают. Понимают, что приговор приведен в исполнение!

Так почему бы и Абдулле не воздать по совокупности всех его деяний?.. И заодно нескольким его подручным…

Среди которых, к примеру, числится бывший «наш», а теперь «их» минер-подрывник Аслан Салаев, обучающий «чехов» премудростям взрывного дела, посредством которого лишают жизни его недавних соотечественников!

С бывших своих — спрос двойной. «Чехи» хотя бы свой дом защищают, а эти… Этих в плен не берут, даже если они руки вверх задирают!..

Приговор был вынесен, оформлен в виде рапорта и отправлен на согласование начальству. Приговор — полевому командиру Абдулле Магомаеву и, прицепом, одному из его ближайших помощников!..

Который на самом деле не был его помощником, не был предателем и не был Асланом Салаевым. А был Тромбоном — внедренным в банду Абдуллы агентом. Который желал того же, что генерал Самойлов, — желал ликвидировать Абдуллу, испрашивая на это разрешение у своего начальства!

Два агента, работающие в двух конкурирующих «фирмах» — ФСБ и ГРУ, стучали один на другого и приговаривали друг друга к смерти!

Две не ведающие, что творят, руки выкручивали и выламывали друг другу пальцы, думая, что ломают врага…

Сашке Мохову все объяснили очень популярно. Объяснили, что здесь тебе не Россия, что здесь все по-другому. Это где-нибудь в центральной полосе, в Пензе или Тамбове, четырнадцатилетние соплюшки, тяготясь своим девичеством, вешаются на шеи первым встречным парням, стремясь поскорее стать взрослыми. На Кавказе все иначе — на Кавказе честь имеет цену. И если ты ее потерял, то рассчитывать ни на что уже не можешь…

— Гляди, вон твоя краля… — говорили Сашке бойцы, сально улыбаясь. — Спортил девку — женись! Все равно ее теперь никто не возьмет!..

И ржали, довольные собой и своей дурацкой шуткой.

По склону, быстро семеня ногами, спускалась девушка, на плече которой стоял кувшин. Наверное, она никому ничего не сказала, раз продолжала ходить за водой, но теперь она ходила не так, как раньше, ходила иначе — прикрывая лицо платком, очень быстро, почти бегом, не задерживаясь на реке ни единого лишнего мгновения.

Сашке было неудобно, что все так случилось, что он виновен в том, что чеченка теперь не выйдет замуж. Он хотел встретиться с ней и объяснить, что он ничего не хотел, что все получилось случайно.