Шпилькой по хамству

— День добрый, Мария, кушать будешь?

Если он надеется, что я откажусь, то ошибается, со вчерашнего утра ничего не ела:

— Буду, — беру один из стаканов с кофе и по-хозяйски исследую содержимое пакета. — Спасибо.

— На здоровье, — улыбается и буквально падает в кресло напротив моего стола.

Несколько минут мы проводим в молчании, поглощая обед.

Ярослав довольный потягивается и вытягивает ноги:

— Ну? — вопрошающе смотрит на меня.

— Что, ну?

— Почему ты изменила свое решение и приняла мое приглашение?

— Устала, — честно ответила, я действительно устала за прошедшую неделю. — И формально, приглашение будешь принимать ТЫ, — мы же не на официальном мероприятии, можно и потыкать. — Если откажешься, я пойму и не останусь в обиде, — лучезарно улыбаюсь.

— Хорошая попытка, — рассмеялся Смирнов. — Но хочу тебя огорчить, я приму твое приглашение, даже если ты меня позовешь в гей-клуб.

А вот это серьезная заявка.

— Ты мне только что подал идею, — засмеявшись, ответила.

Последовав примеру, удобнее села в кресле, чуть сползла и откинулась на спинку. На меня смотрели изучающе и с усмешкой:

— Ты же желала, чтоб я сдох.

— Всего пару раз, — сказала со всем безразличием.

Несмотря на всю странность разговора, я не чувствовала напряжения.

— Учти, в конце следующей недели, я уезжаю. Так что, надеюсь, ты не станешь откладывать нашу встречу?

— Нет, я обещаю тебе свой вечер среды, — почему-то нахлынуло ощущение потери. Совсем с ума сошла, нашла о ком скучать, забыла, как скакала по этажам с глупыми поручениями?!

— Что? Среда? Это не тогда ли, когда будут чествовать бизнес достижения Герасимова.

— Угу, — согласно кивнула, — ты все правильно понял.

— Но…я надеялся провести его, как бы сказать, не в толпе.

— Об этом уговора не было. Я напоминаю, что ты всегда можешь отказаться, Ярослав, — чуть помедлив, добавляю, — Витальевич.

— А я напоминаю, что не собираюсь отказываться, Мария.

— Ты подпишешь договор? — спрашиваю с надеждой.

— Утром подписал. Не волнуйся, тех глупых дополнений в нем нет, можешь не искать “фей”,- ухмыльнулся Смирнов.

— Глупых?! Ты все же признаешь, что они идиотские? — засмеялась и посмотрела в глаза.

— Не такой уж я и самодур, как ты думаешь.

— Наверное… — издевательски растягиваю слово. Стоп, а что происходит? Почему я флиртую?

Неловкое молчание стало затягиваться, а мы продолжали играть в гляделки. Чувство комфорта пропало также резко, как и пришло. Все не так: кресло стало неудобным, ерзая пыталась найти то самое положение, которое было утеряно минуту назад, волосы лезли в лицо, ворот блузки врезался в шею. Смирнов не сводил взгляд. Я пыталась придумать приличную тему для разговора, чтобы разрядить обстановку, но мозг отказал.