Шпаги и шестеренки

Чем быстрей мы с ними покончим, тем раньше сможем перейти к спасению как таковому. Если вы заметили, все без исключения свидетели оставляли констеблю свои адреса, это стандартная полицейская процедура. В вашем случае, из уважения к вашему возрасту и общественному положению, я проведу это процедуру сама.

Заслышав волшебные слова «из уважения к вашему возрасту и общественному положению», сэр Леонард аж расцвел, хотя с точки зрения подслушивающей официантки его только что обозвали старым надутым ослом. Только вежливо, сэр все-таки.

– Что ж, госпожа полковник, если это необходимо…

– Просто напишите на этом листе адрес и название гостиницы, где намерены остановиться. И все.

– С удовольствием! – сэр Леонард быстро начертил несколько неровных строк.

Полковник Кольт близоруко сощурилась и поднесла лист почти к самым глазам.

– Сэр Леонард, еще минутку вашего внимания! Не могли бы вы написать это как можно крупней… и печатными буквами, пожалуйста. У меня не слишком хорошее зрение. Последствия контузии, знаете ли.

Сэр Леонард пожал плечами, что-то пробормотал и исполнил требуемое.

– Вот так! Пожалуйста. Что-нибудь еще?

– Нет, сэр. Закажите себе еще чашку шоколада и немного подождите.

– Но девочек же нужно спасать!

– Именно этим я и намерена заняться, – кивнула полковник Кольт. – Возьмите себе чашку шоколада, не сердите меня!

Сэр Леонард с испугом посмотрел на госпожу полковника. «Сэр Леонард», «из уважения», и все такое прочее нравились ему куда больше чем «лейтенант». Он смирился и вновь присел за столик.

– Сэр Дональд, подойдите ко мне на минутку, – попросила госпожа полковник.

– Да? – откликнулся тот.

– Вы не одолжите мне ту, первую записку?

– Вот она, а что…

– Помните, я говорила вам, что почерк это и есть личность?

– Помню.

– Я говорила также, что не имеет значения, пишет человек прописью или рисует печатные буковки. Для специалиста это не имеет значения, но в данном случае будет видно даже не специалисту.

– Не понимаю вас, госпожа полковник.

– Сейчас поймете.

На собственноручно написанный сэром Леонардом адрес легла записка от похитителя Мелоди.

– Вот так, – промолвила Хелена Кольт. – А теперь смотрите. Внимательно смотрите.

– Почерк богатого самодура… – пробормотал сэр Дональд. – Ох…

– Помалкивайте пока, майор.

– Слушаюсь, полковник.

У входа в кондитерскую вновь послышался шум.

– Госпожа полковник… тут еще одного свидетеля доставили! – доложил констебль.

– Отлично. Впустите его.

– Только он по-другому все рассказывает. По его словам, юную леди увез не полный невысокий господин, а тощий молодой человек, чьи приметы напоминают как раз пропавшего Генри Аткинса. И никакой другой девушки при этом молодом человеке не было.