Шоу Подбор (СИ)

Нет, она была рада женитьбе сына, но откровенно недоумевала к чему такая спешка. Правда, это ей не помешало угрожать флористам, дизайнерам, поварам и официантам, чтобы те в обязательном порядке явились и сделали все на высшем уровне.

Чего уж там, даже Габриэль приехал, вырвав время из плотного графика президента. Ох, главное не забыть о сегодняшнем ужине с ним. Постоянные встречи с Габриэлем, кстати, исключили любой намек на официальный тон. Заботливый дядюшка так любит Рози, что бывает у нас чаще, чем сам Клод. Хотя он очень старается бывать дома как можно чаще.

Так вот, Габриэль приехал на свадьбу, но не один, а вместе с Леонардо! Статной наружности мужчина был безукоризненно вежливым, но тет-а-тет меня с ним все равно не оставлял. Клод объяснил это тем, что все и так ожидали моего побега, поэтому лишних поводов давать не хотели.

Зато свадьба прошла великолепно! Нас обвенчали на закате, на берегу озера под песню Фрэнка Синатры. Пока гости недоумевали над выбранной музыкальной композицией, я не могла сдержать счастливый смех, глядя в хитрые глаза Клода.

И плевать, что не было прически, абсолютно безразлично отсутствие макияжа и маникюра, красивых туфель или прочей мишуры, вроде бутоньерок. Я все равно была самой счастливой невестой, превратившейся ровно за двадцать четыре часа в жену. А какие фотографии вышли — закачаешься!

На свадебное путешествие мы улетели в Прованс, где провели восхитительный месяц. И возвращаться домой не было никакого желания. Поэтому, мы чуток подзадержались…

Вернулись только, когда позвонил Агустини и взмолился о возвращении Клода. Держать под контролем целый орден Инквизиции мог пока только мой любимый муж, хотя и Агустини отлично справлялся. Но истинная причина нашего приезда в столицу заключалась в одном маленьком сюрпризе, который выдавал мой обозначившийся животик.

Наши родители ликовали! У Рози оказалось три любящих бабушки и два деда, которые кинулись наперебой скупать прилавки с детскими вещами, игрушками, кроватками, стульчиками…Честное слово, лучше бы они этого не делали. К концу девятимесячного срока у Рози одежды было больше, чем у нас с Клодом вместе взятых. А мне, между прочим, самой хотелось покупать подгузники-ползунки.

Клод посмотрел на насупленную меня и, отсмеявшись, вынес родственникам строгое внушение, заявив, что я сама хочу поиграть в дочки-матери. Я честно просидела с Рози полтора года в декрете, а потом мы наняли малышке няню. Необходимость в моем постоянном присутствии пропала, и я вышла на работу.

Вечер в нашем доме превращался в сплошные сюсюканье и улюлюканье.