Шоу Подбор (СИ)

И честно следовала своему решению два месяца, которые провела в далеке от столицы с судебными тяжбами родов Оплфорд и Бланд.

Это время я провела в Лиссабоне, изучая юриспруденцию и пытаясь понять, кто я такая теперь. В этом мне помогали отель, созданный прямо на старом маяке, смена имиджа и симпатичный мускулистый пианист, окончивший консерваторий и преподающий игру на скрипке. Собственно, благодаря ему я и освоила этот инструмент, хотя учил он меня совершенно не этому…

Но в Лиссабону я отправилась не с целью отдохнуть. Просто Арчи направили в тюрьму, расположенную в непосредственной близости от столицы Португалии. Я приезжала к нему каждый день, пока шел судебный процесс. Ощущала за собой вину, которой не видел за мной Армани. Удивительно, но он был даже рад, что весь этот порочный круг закончен.

И хоть мы нашли для Арчи лучшего адвоката, но основную роль в смягчении этого дела сыграл он сам. Армани полностью принял свою вину, шел на контакт со следствием, был готов нести наказание и публично выступил по виденью, принеся свои извинения всем, кто стал жертвами его заговора.

Когда суд вынес вердикт, Арчи отправили на двадцать лет в ссылку на другую планету с сохранением гражданства. Бедняжке предстояло двадцать лет провести в тюрьме на незнакомой планете, но его участь облегчало гражданство, позволяющее ему вернуться после того, как Арчи отбудет срок.

Несмотря на заключение Арчи, это были сказочные два месяца, которые помогли мне осознать новую себя. Я больше не считала нужным скрываться, прятаться, оправдываться — я приняла себя и жила, наслаждаясь каждой секундой отведенного мне времени.

Но реальный мир потребовал моего участия. По возвращению в столицу я узнала, что сейчас ношу двойную фамилию и принадлежу к двум родам сразу. Теперь я была Этель Каролиной Бланд-Оплфорд. Но мама надеялась, что вскоре моя двойная фамилия сменится на одинарную, ту, что я возьму от своего мужа. Родители так и не успокоились, продолжая попытки выдать меня замуж.

И только Амери меня действительно понимала. Она же и устроила бунт в наших родах, заявив, что она, как биологическая мать, дает мне полное разрешение на независимость и одобряет мой выбор получить вторую профессию.

Зато Франческо действительно взбесился, когда я сказала, что ухожу. Как он орал! Честное слово, я никогда не слышала ничего проникновеннее. Пришлось в срочном порядке сбегать из здания его корпорации, спасаясь в новой квартире, в которую я переехала сразу же после возвращению из Лиссабоны в столицу.

Центр столицы отныне был местом моей дислокации.