Шоу Подбор (СИ)

Посмотри! — он резко дернул меня за подбородок, вынуждая взглянуть на то, как его соратник выстреливает в инквизитора, и тот падает замертво, остекленелым, пустым взором глядя в потолок со фреской ангела. — Сейчас, когда мы перебьем вех Арчибальдов и их сторонников, весь мир будет у моих ног, и я поделю его с тобой! Что теперь скажешь? Я такой же слабак, как тогда?!

— Арчи, ты не сможешь стать президентом, — попыталась я достучаться до него. — ты не сможешь сделать этого хотя бы потому, что люди не буду внимать тому, кто вырезал целый род!

— А кто сказал, что это сделал я? — мрачно усмехнулся Арчи, и на его лице залегла тень глубокого удовлетворения. — Эти уроды не смогли поделить между собой власть и деньги, и вырезали сами себя в междоусобном сражение. Я лишь оказался рядом в тот момент, когда планете нужна была помощь, и дал ее моим гражданам.

Он резко смягчил свои объятия, обхватив мое лицо руками. Я же, сжав зубы и закрыв глаза, подняла на него пистолет, стараясь не заплакать.

— Я подарю тебе весь мир, Этель. — прошептал он в мои сжатые губы. — Каждый дюйм этой планеты будет твоим. И все снова будет хорошо, все будет как раньше: дома будешь ты. Но больше никакой тирании Арчибальдов, ничего, что могло бы помешать нам. Ничего!

Сквозь пробирающие меня рыдания, я нажимаю на курок. Потому что не могу больше слушать этого! Не могу сдаться сейчас, когда нет Клода, а битва почти проиграна! Не могу!

Я слышу страшный хрип, которым прерывается диалог Арчи. Он в странном удивлении взирает на дырку в своем смокинге, ощупывая ее пальцами, на которых остаются кровавые разводы. Армани пошатывается, словно я с силой его оттолкнула, и переводит шокированный взор на меня.

Неожиданно высокие двери большой гостиной резиденции рода Арчибальд с силой распахнулись, словно кто-то выбил их тараном. Боковым зрением я заметила, как Клод в форме маршала Инквизиции держит наготове автомат, и его, словно волны о камень, обтекает еще один, многочисленный отряд инквизиторов.

Я слышу радостные крики Агустини, и это значит, что он еще жив. Но это там, так далеко, что я не даже не оборачиваюсь, передо мной на пол падает Арчи.

Меня уже откровенно трясет, и я не могу держать эту дрянь, из который выстрелила в человека, который меня, похоже, любил своей, извращенной любовь, поэтому швыряю ее на пол. Меня уже откровенно трясет и я, не пытаясь удержать громких, скулящих рыданий, опускаюсь на пол рядом с ним.

Я до сих пор не могла поверить, что сделала это.

Он лежит на полу в луже крови и даже не пытается пошевелиться, позвать на помощь или остановить кровотечение. Это приходится делать мне, трясущимися руками разрывать его рубашку и пытаться остановить кровь.

— Прости меня, — сквозь сбивчивое рыдание умоляю я. — Боже мой, прости, я…Прости.