Сходняк

— Жизнь — суровая штука, Владислав Геннадьевич! Как говаривал товарищ Сталин, у нас, если надо, и кошка будет лаять… Так вот, позвоните Кофману, сошлитесь на генерала Бондарева… Право, не знаю, кто такой этот Бондарев, но это не важно… Сошлитесь на генерала Бондарева, скажите, мол, вы его старинный приятель, ну и попросите оказать содействие Там на бу Дущей неделе намечается некое международное мероприятие под эгидой какой-то комиссии ООН — под этим соусом можно будет Богдановского пригласить в Нью-Йорк. Ну и заодно этого Сурикова…

— Вас понял, Николай Валерьянович, очень хорошо. Спасибо! Связь держим через офис «Интеркоммодитис». Телефон 555-89-90 по манхэттенскому коду. Меня там можно будет найти через Билли Лайла. Это исполнительный директор компании.

Владислав связался, как и научил его Чижевский, с Кофманом, и тот, нимало не удивившись звонку незнакомого русского, сразу вызвался помочь. Видно, имя генерала Бондарева обладало просто магической силой воздействия на работников росзагранпредставительств, раз ооновский чиновник без колебаний пообещал оказать содействие.

И действительно, созвонившись с Кофманом на следующий же день. Варяг получил подтверждение того, что Суриков и Богдановский прибудут на следующей неделе в Нью-Йорк из Рио.

Итак, сети были расставлены. Теперь осталось только поймать птичку.

Глава 44

Большой пруд посреди Центрального парка в Нью-Йорке облепили гомонящие дети. Группа подростков, столпившихся у каменной статуи неопределенной половой принадлежности, пускала парусные кораблики. Сегодня день был ветреный, и игрушечные яхты бодро рассекали волны игрушечного океана, к радости юных зрителей.

Встреча была назначена на двенадцать — как раз у Сурикова был обеденный перерыв между заседаниями, и он смог вырваться из зала заседаний на час-полтора. Варяг внимательно разглядывал проходящих мимо него мужчин средних лет, надеясь определить россиянина по походке, одежде и обуви. Он почему-то не сомневался, что Суриков обязательно придет.

Вчера он позвонил ему в гостиничный номер и представился, назвавшись Ярославом Малышевым, оператором Российского телевидения, который якобы привез для Леонида Сурикова посылку из Москвы. Суриков не удивился и сам предложил место и время для встречи. Судя по голосу, Леонид Аркадьевич был изрядно пьян."

"Но Варяг быстро отрезвил его, сообщив в завершение разговора, что в посылке очень важное письмо, касающееся его, Сурикова, прежнего места работы.

Он сидел на скамейке у пруда и размышлял о Сурикове. В его представлении это был простой служака, добросовестный чиновник, которому дали задание, и он его с усердием выполнил, не получив за работу никакого поощрения, кроме командировки в другое полушарие.