Шлейф сандала (СИ)

- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, огради мя святыми Твоими Ангелами и молитвами Всепречистыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии, Силою Честнаго и Животворящаго Креста, святаго Архистратига Божия Михаила и прочих Небесных сил бесплотных… Ох… о-о-х…

Купец стал заваливаться на бок, пока не упал на мостовую всем своим грузным телом.

- Уходи! Уходи, Артемий! – Минодора швырнула ему саквояж. – Жди меня у Елены!

Она склонилась над отцом и испуганно ахнула. Его лицо перекосило, язык вывалился наружу, он что-то мычал, но девушка не могла разобрать слова.

- Помогите! – крикнула Дора, приподнимая его голову. – Помогите-е-е!

Когда приехал доктор, Василия Гавриловича уже отнесли в комнату и положили на кровать. Степанида Пантелеймоновна рыдала, подносила к носу нюхательные соли. Минодора стояла в углу, превратившись в камень. Борис так и не приехал из ресторана домой, но сейчас она хотела видеть брата меньше всего на свете.

- Удар вашего батюшку хватил, - пожилой доктор обратился к Минодоре, поняв, что с супругой говорить бесполезно. – Ничего обещать не могу… Но тяжелый он. Так что, будьте готовы ко всякому.

Степанида Пантелеймоновна заголосила еще громче, падая на бархатные подушечки. Время близилось к трем часам.

- Ох, горе-то какое! – старая служанка принялась махать над ней полотенцем, поглядывая на часы. – Дурной час предрассветный… Скорей бы петух пропел…

Глава 76

Когда Артемий неожиданно появился на нашем пороге, я испытала целую гамму чувств. Господи, неужели все сорвалось?! О, нет… Бедная моя Минодора!

- Что случилось?! – я приподняла свечу, чтобы видеть его лицо. – Почему вы здесь?! Где Дора?!

Волнуясь, Жариков рассказал мне все, что произошло, а в конце добавил:

- Я не знаю, жив купец или нет, но, похоже, его хватил удар.

Вот так дела… Расплата пришла, откуда ее Василий Гаврилович точно не ждал. Как говаривал Дени Дидро: «Расплата в этом мире наступает всегда. Есть два генеральных прокурора: один — тот, кто стоит у ваших дверей и наказывает за проступки против общества, другой — сама природа. Ей известны все пороки, ускользающие от законов.».

Но сейчас Жлобин заботил меня меньше всего. Я волновалась за Минодору. Она не смогла оставить отца, несмотря на все его ужасные поступки. Но разве я бы поступила иначе в такой ситуации? Вряд ли.

- Минодора сказала, чтобы я ждал ее здесь, у вас, - тихо произнес Артемий, а потом вдруг нахмурился. – Елена Федоровна, мне нельзя было оставлять ее! Я должен защищать Дорочку, встать рядом с ней плечом к плечу! Я пойду туда!

- Э-э-э! Стоять! – я схватила его за руку, когда он резко развернулся к дверям. – Артемий Осипович, никуда вы не пойдете! Минодора не робкая наивная девица. Она знает, что делает.