Школьный вальс

Моя мама донимает меня уже несколько месяцев! Если бы я ей об этом сообщила как Герасимов, то ее бы сердечный приступ хватил. А они как будто бы расслабились. Словно рады тому, что Арсен хоть куда-то поступает. Впрочем, наверное так и есть.

Гложет ли меня вина, что он собирается в столицу не столько в вуз сколько из-за меня? Да-да, звучит слишком самоуверенно знаю. И тем не менее…

Нет, не гложет. А почему, собственно говоря, должно? Я ведь не в глушь какую собираюсь, в самом деле! В столице Арсен себе точно найдет занятие по душе, если не задастся с баскетболом. Он из тех, кто всегда найдет свое место.

И вот, когда ночь опускается на город, я поникаю. Мне нужно вернуться домой. Не могу же я остаться у Арсена ночевать. Да и что в таком случае его родители обо мне подумают?

Все-таки не быть мне нормальной девочкой-подростком. Другая бы сбежала, устроила протест и все тут! Однако мне совесть не позволяет так поступить. Как и моя привычка рационально мыслить.

Чего я этим добьюсь? Того, что мама с отцом перепугаются насмерть?

— Нина, твоя родители не будут волноваться? — неожиданно спрашивает Валерия Антоновна.

— Да, вы правы, — рассеянно отвечаю. — Мне уже пора домой, — выдавливаю из себя кислую улыбку. — Спасибо за гостеприимство!

Преувеличенно-бодро вскакиваю со стула, и женщина тут же скороговоркой выпаливает:

— Нет-нет, ты не подумай! Я тебя вовсе не гоню!

И в мыслях не было. Кажется, маме Арсена я действительно понравилась. Она то и дело на нас косилась, счастливо вздыхая. Даже обмолвилась, что догадывалась о наших отношениях. Правда, когда она упомянула нашу с Герасимовым первую «тренировку», я не стала говорить, что мы тогда еще не встречались и даже об этом не думали.

Ладно-ладно, может о чем-то таком я и фантазировала по ночам.

— Уже действительно поздно. Родители будут волноваться.

— В любом случае тебе тут всегда рады, Ниночка!

— Спасибо, — смущенно отзываюсь.

Мы как-то незаметно перешли на «ты», хоть я и изначально «выкала», из-за чего Валерия Антоновна меня постоянно поправляла. Всего через десять минут общения мы с ней болтали, точно подружки.

Где-то на душе заскребли кошки от того, что у меня с собственной матерью прохладнее отношения, чем с женщиной которую я знаю от силы пару часов. Нет, безусловно, я рада что мы с мамой Арсена нашли общий язык! Не хотелось бы мне попасть в такую ситуацию, в которую попал Арсен с моей матерью. Она, вероятнее, пригласит за стол самого черта, чем Герасимова.

Когда мы собираемся в прихожей, Роман Викторович любезно предлагает меня подвезти, но Арсен отказывается за нас двоих, сказав, что сам меня проведет. Я не против прогуляться. Как говорится, перед смертью не надышишься.

Арсен хоть и потеплел к отцу, но между ними все еще остается напряженность. Отчасти я понимаю его.