Школьный Надзор

– Поскольку большинство из группы Комарова – Темные, то штурмовую акцию проведет Дневной Дозор, – раздался спокойный голос Дункеля.

Завулон скривился, но промолчал.

– Выражаю протест, – раздался менее спокойный, хотя и взвешенный голос Пресветлого Гесера. – Учитывая возможные последствия и наличие Светлой…

– Отклоняется, – сказал Дункель. – Дневному Дозору будет выписана индульгенция. В компенсацию Ночному Дозору будет дано право на ряд Светлых воздействий первой степени. Ими вы сможете ликвидировать последствия, Гесер, и еще останется сверх. Такое Светлых устроит?

– Нет, – буркнул Гесер. – Но если не найдется других…

– Есть, конечно, и другой план, – сказал Эдгар. – Мы его прорабатываем. То, что не применили два года назад, во время инцидента с Саушкиным на Байконуре. Удар по Царскому Селу с помощью обычных вооружений.

– Ядерная бомба? – вырвалось у Дреера.

Дмитрий отчетливо представил себе белесый дымный гриб над голубыми стенами Екатерининского дворца. Он никогда не видел дворец воочию, только на фотографиях. Но воображение это стимулировало даже больше.

– Нет, достаточно простой бомбардировки. Или падения военного самолета со взрывом боеприпасов. Потом это будет списано на террор или на катастрофу.

– Вы уничтожите то, что не смогли даже фашисты?

– А вы что, не согласились бы взорвать даже Кремль, если бы там засели те, кто угрожает детям?

– Мне порой кажется, – невесело усмехнулся Дреер, – что они там как раз и засели. Но я же терплю.

– Не ерничайте, – в разговор опять вступил Стригаль. – Вы защищаете восемь подростков, но забываете про других детей-Иных. Как раз эта восьмерка и есть те, кто «засел и угрожает». Что будет, если они всех Иных превратят в людей?

– Некоторым это пойдет на пользу.

– Вы правы, некоторым. С вами лично ничего плохого не случилось. Правда, вы не чувствовали себя ущербным из-за блока памяти. Проживите несколько лет, зная о том, что когда-то были волшебником, – заговорите иначе. Но эти моральные терзания на самом деле ничего не стоят. Если под деинициацию попаду я сам, то буду просто мужчиной под шестьдесят с букетом возрастных болезней. А сколько есть детей, которых инициация буквально спасла? Пусть даже это был укус оборотня или вампира? Они медленно умирали и продолжат медленно умирать. Ваши ученики могли и не догадываться об этом, но вы-то как Инквизитор изучили множество таких случаев. Вы сможете смотреть прямо в глаза всем этим детям?

– Мы не знаем их настоящих целей. – Дмитрий чувствовал, что теряет опору. Стригаль разрушал его мысленный щит без всякой магии.

– Выясните их, – сказал бывший глава школьного Надзора. – Поговорите. Возможно, все удастся решить. Я мало на это надеюсь, но вдруг.