Школьная бойня

Так просто Маша не уйдет.

– Потанцуешь со мной?

Лев Иванович поднял голову. Перед ним стоял улыбающийся мужик в мятой белой рубашке. Маша вопросительно посмотрела на Гурова.

– Нет, не могу. Я с женой пришел, – ответил Лев Иванович.

Улыбка на лице мужика поехала в сторону. Маша рассмеялась.

– Прекрати, не все здесь понимают твой юмор, – попросила она супруга. – Ну что, отпустишь меня потанцевать? Это Рыжов, постоянно отдувался за школу на олимпиадах по химии. Рыжов, ты теперь химик, да?

– Заведую складом, – ответил Рыжов.

– Тоже дело, – согласился Гуров. – Ну что ж, жена. Иди, танцуй. Сегодня тебе все можно.

Маша сунула в руку Гурову свой телефон, схватила Рыжова за руку и потащила на танцпол, где кроме директора и его заместителя уже танцевали чьи-то родители.

– Что, и вы осиротели? – весело спросил физрук, посмотрев Маше вслед. – Вина? Есть белое, есть красное.

– Можно. Любое.

Сам физрук до сих пор шарил глазами по залу.

– Предлагаю выпить за будущее, – провозгласил он тост, покачав бокал в руке. – Не за то, которое ждет этих ребятишек, а за наше с вами.

– О как! – удивился Гуров.

– А все почему? А все потому, что у них его больше, а у нас гораздо, гораздо меньше.

– Витиевато, но поспорить трудно, – согласился Лев Иванович.

Они чокнулись. Физрук снова огляделся.

– Странный какой-то праздник, не находите? – спросил он.

– Да я как-то нечасто бываю на подобных мероприятиях, – признался Гуров. – Все больше по другой части. А почему странный?

– Потому что весь год был странным, – чтобы его было лучше слышно, физрук старался произносить слова собеседнику прямо в ухо. – Только и мусолили тему насчет переезда, будто ничего другого и не существовало.

– Но событие-то неординарное, согласитесь?

– Ерунда. Новое здание на соседней улице. Автоматом туда перейдут все учителя.

– А вот я слышал о том, что кто-то хочет уволиться, – вспомнил Гуров слова Шлицмана.

– Ну разве что наш историк, – догадался, о ком идет речь, физрук. – Так невелика потеря.

– Я никого из учителей не знаю, – прервал его Гуров. – Это внутренние ваши дела, я не имею никакого отношения…

– А я и не сплетничаю, – перебил собеседника физрук. – Вы меня не так поняли. Я про то, что свято место пусто не бывает.

– Я так и понял, – отстранился Гуров.

Мелодии сменяли одна другую, в центр зала вышли еще несколько танцоров, среди которых были не только взрослые, но и дети. Веснин, утомившись скакать от стола к столу, снимал происходящее, уже сидя на краю сцены. Рядом с ним стояла тарелка с остатками салата и бутылка газировки.

Маша и Рыжов о чем-то оживленно беседовали. Никакой ревности Гуров не испытывал – опять же, он четко чувствовал настроение жены и ее знакомого. Романтикой в отношениях и не пахло.