Школа выживания

Казалось, щелкни кто-нибудь пальцами – и старый особняк взлетит к абрисским праотцам, а потом осыплется щепками и обломками.

Быстрым взглядом я отыскала Кайдена. Он выглядел преступно расслабленным: небрежная поза, руки в карманах, взгляд в замусоренный пол. Пока меня вели, он даже головы не поднял. Парни за его спиной таращились с жадным любопытством – не каждый день им доводилось видеть двуликого. Но, когда стало ясно, что он это она, вернее я, юная, похожая на фитилек девочка с длинными спутанными волосами, то Вудсы начали недоуменно переглядываться. У абрисцев никак не приживалась в голове простая теветская аксиома: сила света не зависела от массы тела. От внешности, роста и умственных способностей тоже не зависела.

Народ поспешно расступался, как будто я болела заразой, передающейся через прикосновения. Меня поставили перед гостями. Быстро покосилась на Кайдена, но на его лице не дрогнул ни единый мускул, эмоции были спрятаны под бесстрастной маской. Он не позволил себе ни одного жеста, способного натолкнуть на мысль, что мы были чем-то связаны или даже просто знакомы.

В голове грохотали пророческие слова отца, в сердцах брошенные сегодняшним утром.

Как ты думаешь, что случится, если о тебе узнают? От тебя избавятся! Немедленно.

Если бы папа догадывался, что говорил «под руку», наверное, вообще бы промолчал.

– Узнаешь, Вудс? – ухмыльнулся Йен.

– А должен? – Кайден оглядел меня с головы до пяток. – Значит, она двуликая?

– Точно.

– И у нее расцарапано лицо…

От мрачных интонаций даже я поежилась.

– Кто ее охранял? – Он бросил острый взгляд на кого-то за моим плечом, и раздалось тихое покашливание. – Ясно…"

"– С чего Гленны вообще решили, что нам нужен двуликий? – остановил неуместный допрос коренастый, среднего роста Вудс с черной повязкой на одном глазу, делавшей его похожим на пирата.

– Но наследник же здесь, – отозвался Йен, и только глухой не различил бы в его голосе торжества.

– Справедливое замечание, – вздохнул «пират».

Он приблизился ко мне, сжал мозолистыми, шершавыми пальцами подбородок и заставил поднять голову. Смотрел мне в лицо внимательно, но без интереса, как будто изучал неказистого пони, разве что в рот не заглядывал проверить зубы. Не знаю, что пытался обнаружить, может, думал, что у обладателей Истинного света кожа поблескивала или в зрачках подмигивали звезды.

– Утверждаешь, что она двуликая? – произнес он, дыхнув табачным перегаром. – Да ее к земле пришибет от первой же руны. Как думаешь, Кай?

– В прошлый раз эта крошка выжгла мне фамильяр, – вымолвил Йен. – Пришлось ставить новый.

– А-а-а, – протянул одноглазый. – Отчаянная, значит. И молоденькая совсем.

– Понравилась? – не удержалась я.