Уголовный шкаф

Тяжелых родов, на сохранность отказалась ложиться, а в деревне, что там местная акушерка сделает. Пока «Скорая» из райцентра приехала, уже некого было спасать. Ни мать, ни ребеночка. А жили они первое время у него. Это километров тридцать от Горчакова вроде. Матвеевское, вот! А как дочь умерла, Игорь вроде и навещал иногда Ивана.

– Игорь? – Гуров весь напрягся. – Скажите, вы по фотографии узнаете этого Игоря?

– Столько лет прошло.

Гуров пододвинул к себе папку, раскрыл и стал вытаскивать из кармашка стопку фотографий. Он клал их перед Костиковой одну за другой в ряд. Когда она не реагировала на данного человека, он этот ряд отодвигал, но недалеко, чтобы фотографии оставались в поле зрения женщины, и выкладывал фотографии следующего. Когда дошла очередь до фотографий Самарина, Костикова никак не отреагировала. Гуров смутился и мысленно вздохнул. Но на последней фотографии, сделанной для дела оперчасти в колонии, где Самарин отбывал срок, она вдруг прижала пальцем фотографию.

– А вот он. Лысый как раз. Он такую стрижку носил. Под расческу. И лицо такое же наглое. Это он в тюрьме или сразу после тюрьмы фотографировался?

– В процессе, – улыбнулся сыщик и продолжил выкладывать фотографии. – Смотрите еще, может, еще знакомое лицо попадется.

Но больше Ольга Ивановна никого не узнала среди пяти десятков предложенных ей для опознания человек.

Генерал Орлов собрал оперативное совещание в своем кабинете. Информация стекалась к нему почти непрерывно, были приглашены специалисты технических служб, судмедэксперт, капитан Аверьянов из МУРа. Гуров сидел и откровенно отдыхал. Когда Орлов берет бразды правления в свои руки, можно быть уверенным, что он ничего не пропустит.

– Итак. – Орлов посмотрел поверх очков на Аверьянова. – Давайте все по порядку. Полная хронология. Аверьянов, докладывайте.

– Наблюдение велось за объектом «квартира». Ждали одного гостя – Кушнарева, по логике дела, можно было ожидать его и с подельниками. Наблюдение велось тремя группами по перекрещивающимся направлениям. Окна выходили на один фасад здания, выхода на чердак в этом подъезде не было. Наблюдение велось снаружи с трех точек. Одна – из окна здания напротив при помощи технических средств, две – на улице в подготовленных нишах кустарника. Наблюдатели занимали места с наступлением темноты. Подстраховка – две автомашины на смежных улицах с постоянной связью.

– Как произошел контакт?

– В час пятьдесят ночи Кушнарев вышел через парк к дому и поднялся по газовой трубе на второй этаж, откуда через окно влез в квартиру. Покинул он ее в пятом часу утра через подъезд. Решение о задержании еще не было принято, и приказа я не получил. Однако вести Кушнарева мы должны были.